На берегу их ожидало много народу, папе помогли привязать лодку к пристани, и кто-то заговорил о том, что на море для рыбалки было слишком свежо, и ещё кто-то сказал, что катер пришёл в Фабельвик очень кстати. Хотя настоящей непогоды в общем-то не было и по радио сообщали о свежем ветре, их всё-таки доставили на берег вовремя. Правда, выйди они в море под парусом, они могли бы вернуться домой и сами, но откуда это знать им, тем, кто к морю не привык. Некоторые рассказывали, что они и сами оказывались в таком же положении, но все относились к спасенным приветливо и хотели показать, что они желают им только добра, и, таким образом, за короткое время мама с папой перезнакомились почти со всем населением Фабельвика.
Наконец они пошли домой. Папа нёс обе рыбы.
— Теперь мы обеспечены надолго, — сказал он.
Этим вечером мама с папой сидели и подшивали шторки. Аврора лежала наверху в своей красной кроватке и слушала, как за окном выл и скулил ветер, а издалека доносился шум волн. Она радовалась, что не стоит сейчас на маленьком острове и ещё тому, что, оказывается, можно рыбачить и прямо с пристани.
Папа тем временем говорил:
— Вся эта история с лодкой. Ей бы лучше случиться летом. Если бы мой отец был рыбаком, а я маленьким мальчиком, который вырос на лодке, я тоже был бы рыбак. Но всему на свете надо учиться, а учение не даётся по одному взмаху руки. Я как раз подшил эту шторку и хотел бы немножечко позаниматься.
— Занимайся, — сказала ему мама. — Шторки от нас не улетят. Мне даже нравится шить, когда ты работаешь.
Последним, что слышала Аврора, засыпая, был стук папиной пишущей машинки, доносившийся до неё под шум волн.
Папа был по-настоящему доволен собой, когда на следующий день сидел и читал то, что он написал.
— Что ты придумал на этот раз? — спросила мама.
— Я? Я написал воззвание к норвежскому народу.
— О чём ты говоришь?
— О том. Я сказал им, что они бессмысленно кучкуются в отпусках в нижней, южной, части страны, и ещё задал вопрос, не хотят ли они открыть новую прекрасную страну, в которой живут, для чего им и нужно-то всего лишь отправиться на север, чтобы найти здесь для себя настоящую волшебную сказку?..
— Но будет ли она такой волшебной, если все сюда ринутся? — сказала мама. — Ты же знаешь, как это бывает. Многие из туристов выбрасывают консервные банки и полиэтиленовые пакеты, мусорят.
— Таких следует высаживать на необитаемые острова в штормовую ночь, — пошутил папа. — Я не призываю, чтобы все до одного норвежцы каждый год ездили на север, я говорю только, что не должно быть ни одного человека во всей стране, кто мог бы сказать, что он на севере никогда не был. А в остальном пускай ездят в отпуск куда угодно. И я имею в виду не один только Нурланн, но также Тромс и Финмарк.
— Но ты тоже там не был, — сказала мама.
— Я эту ошибку исправлю.
— Ну что ж, посылай статью!
Что папа и сделал, и через несколько дней он радостно улыбался.
— Я их разозлил, — сказал он. — В газетах пишут, что я слишком большого о себе мнения, если считаю, что могу заставить народ поменять планы на отпуск. И ещё знаешь что, Мари? Мне заплатили за то, что я написал, так что идти в море и рыбачить для пропитания нам больше не придётся.
— Это хорошо, — с облегчением сказала мама. — А сейчас я должна бежать в контору. Пока!
Теперь, когда мама работала в конторе у районного судьи, жизнь у Авроры и Сократа стала намного удобнее. Пусть они и не бегали по всякому пустяку к маме, они всегда знали, что она рядом, в большом доме, и спокойно играли в саду.
Но однажды, когда Аврора выходила во двор, что-то ударилось в их дверь. Она поискала внизу и нашла обглоданный рыбий хвост. Потом немного погодя откуда-то прилетела гнилая картофелина. Она в Аврору не попала, а только задела её сапожок. Аврора оглянулась. И заметила за одним деревом движение. Кто-то явно за ним прятался.
Это была та самая черноволосая девочка, которую звали Ракель. Аврора улыбнулась ей и сказала:
— Привет, Ракель! Я тебя вижу, иди сюда! Поиграем?
Но Ракель к ней не вышла, она тихо стояла и, отвернувшись, смотрела на кору дерева.
Аврора подошла ближе.
— Ты играешь в какую-то тайну? — спросила она.
— Нет, я не играю. Я только хочу сказать, что, пусть ты и приехала с юга, это ещё не делает тебя лучше меня.
— Конечно нет, — сказала Аврора. — Но я не понимаю…
— Ты отняла у меня лучшую подругу, — злилась Ракель. — Подумаешь, какая южанка!
— Да не отнимала я никого, — сказала Аврора и убежала. Но теперь она так расстроилась, что потихоньку поднялась к себе по лестнице и залезла в свою красивую кроватку. Папа ничего не услышал, он сидел и печатал на машинке рассказ о том, как он рыбачил в северном посёлке Фабельвик, а Сократ разговаривал со своей лошадкой, так что он на Аврору тоже внимания не обратил. Но, когда папа закончил печатать и забрал к себе Сократа, в дверь постучали и в комнату вошла золотоволосая Юханна.
— Аврора дома? — спросила она.
— А разве она не на улице? — удивился папа.
— Нет, она побежала в дом. Ракель сказала, что Аврора вообще сегодня не выйдет.
