2100 год. Лишь перед неминуемой гибелью человечество смогло остановиться в безжалостном поглощении природных ресурсов. А что дальше? Как жить, если на протяжении многих веков мы то и дело, что потребляли. Откуда взять новые ресурсы для продолжения привычной нам жизни? Над решением одной из таких задач взялась группа учёных во главе с Василием Константиновичем.
Перед тем как рассказать о моей самой провальной, и в тоже время невероятной и загадочной работе (плоды которой изменили привычное представление о разумных существах), считаю необходимым рассказать, из-за чего всё началось и что послужило толчком для возникновения нового вида существ.
Меня зовут Василий Константинович, но тогда меня все звали просто Вася. Всё началось в последнее десятилетие двадцать первого века. В тридцать лет я, как и вся Земля, узнал чертовски плохую новость. Человечество катится в бездну. Дело было в том, что одна независимая Голландская академия наук вместе с группой Гарри Говарда, британским специалистом по экономики природопользование, провела подсчёты и измерение природных ресурсов, а также темпы выработки и последствия, которые возникнут при отсутствии тех или иных природных ископаемых в земле. Прогноз был неутешительным, из-за безжалостной выработки мы довели землю до критического состояния. Она умирала у нас на глазах, а если умрет она, то заберёт всех нас с собой.
В то время Гарри Говард имел весомое значение на международной арене, что помешало некоторым утаить эту информацию. Впоследствии ряд стран провели свои исследования, результаты которых слегка отличались, но содержали такие же прогнозы и не имели серьёзных оснований для прекращения паники. Конечно, были и те, которые специально изменяли свои данные, чтобы не терять миллиардную прибыль, но обман быстро раскрывали.
Из-за паники и некомпетентности некоторых правителей, в странах где одним из основных государственных источников доходов приходился на ресурсы пришлось нелегко. Таким как Кувейт, Россия, ОАЭ, США или Австралия. Страны с крепкой экономикой отделались лишь кризисом, а тех, кто был не готов, постиг настоящий государственный переворот.
Стабилизировать ситуацию удалось лишь после введения программы “Мать сыра земля”, предложенная командой русского академика Бориса Львова. После прочтения специалистов ЮНЕП, эту программу утвердили и начали готовить официальную часть. После, был подписан документ ста тридцати восьмью странами, на которых есть ресурс или они как-то связанны с добычей ресурсов: о соблюдении всего срока программы “Мать сыра земля” до конца его тридцатилетнего срока.
Приблизительно спустя один месяц после подписания программы мне позвонили из Завета, и пригласили на встречу. Завет являлся братством крупнейших корпораций в мире по роботизации, а сейчас является и монополистом. Этот звонок меня порадовал, так как гонорары там были приличные, а в связи с последними событиями на грани нищеты мог оказаться любой. Я к сожалению, там уже находился.
Лабораторию, где я работал над нейропластичностью мозга, как ведущий специалист в нейрофизиологии, закрыли из-за банкротства спонсора. Поэтому я согласился и отправился в ОАЭ, где мне назначили встречу.
По прилёту, меня сразу повезли в одно из зданий Завета. В холле меня познакомили с Григорием Яковичем. Это был высокий мужчина в тёмно-синем костюме и в ярко-красном галстуке. Подойдя поближе я понял, что он где-то на пол головы выше меня при моём росте в сто семьдесят девять сантиметров. Бледная кожа и острый подбородок в сочетании с выделенными скулами не смотрелись с его прекрасно ровными усами. Как оказалось, он курировал проект, из-за которого я здесь, так же он был ответственным за его реализацию. Я был рад встретить земляка на такой высокой должности. Пока мы ехали в лифте в конференц-зал, он вкратце изложил цель моего визита.
В связи с резким прекращением выработки природных ресурсов, металл подорожал, как и всё, где он содержится. Один из главных источников дохода в Завете является робототехника. Хоть металл ещё есть, но тратить его на роботов становится всё дороже, особенно на заводах, где они быстро выходят из строя. Придумать что-то новое нет времени, а прибегать к рабочей силе людей как делали прадеды непродуктивно. Поэтому они решили сложить лучшее с обеих сторон.
Перед нами стояла задача создать человека, в нашем случае клона, но который полностью будет выполнять задачи, поставленные перед ним. Не способного мыслить, но способного аналитически подходить к узко направленной задаче. Не имеющего чувств, и какого-либо понимания об окружающем себя мире. Своего рода, человеческого клона, который перепрограммирован в самом мозгу, а не наделённый чипированным сознанием. К счастью клонирование перестало считается безбожным делом, как это было в начале этого.
Когда он это сказал, наверное, по мне можно было-бы без труда сказать о моей заинтересованности, его идея мне показалась реализуемой, и навскидку я предположил, что за лет пять возможно найти способ создать такого клона. Я одобрительно кивнул, и когда лифт остановился, он попросил меня не отставать.
