Кардинал-архиепископ венский доктор Томас Инницер вскоре после подписания совместной декларации епископов (все епископы ожидают от каждого верующего христианина, что тот осознает, в чем заключается его долг перед нацией); перед ним преклоняет колени эмиссар гауляйтера, эмиссар, которого зовут доктор Йозеф Химмельрейх, он целует кольцо архиепископа.
Пианист Всемирной панорамы играет мессу ре-минор, только что сочиненную Карлом Орффом, и поет, повторяя слова только что состоявшегося диалога между «Царствием Небесным» (ибо именно это означает говорящая фамилия эмиссара) и архиепископом.
Архиепископ пишет: «Хайль Гитлер».
Государственный канцлер в отставке Карл Реннер приветливо улыбается, сидя в большом кожаном кресле, стоящем в кабинете главного редактора «Венской ежедневной газеты». Ему хотелось выступить по радио, но ведь газетное интервью ничуть не хуже, не правда ли? Ну, разумеется, ничуть не хуже, это ясно как божий день!
Пианист Всемирной панорамы играет «Интернационал» и мелодраматически декламирует:
— Сегодня завершились его двадцатилетние скитания в потемках!
— Тем самым унылая интерлюдия длиной в полвека растворяется в тысячелетней совместной истории!
— Как социал-демократ и как поборник права народов на самоопределение, как первый канцлер республики Немецкая Австрия и как бывший председатель делегации последней на мирной конференции в Сен-Жермене он проголосует, выбрав «Да».
(Пианист оказался слишком болтлив, свет в диараме погас, и для продолжения надо бросить еще 20 рейхспфеннигов!)
Председатель совета протестантских церквей, лютеранской и кальвинистской, доктор Кауэр, вместе с тем играющий роль епископа городской церкви в центре Вены, на Доротеенгассе, молитвенно сложив руки, стоит на амвоне (после святого причастия).
Пианист играет хорал «Твердыня веры наш Господь» (слова Мартина Лютера, музыка Карла Орффа) и поет свой текст:
«Фюреру и рейхсканцлеру: да благословит Господь шаги твои по этой немецкой земле, являющейся для тебя родиной!»
«Сплотим ряды вокруг фюрера-спасителя!»
«Твердое „да“ всей протестантской Австрии является для нас само собой разумеющимся долгом перед народом!»
«Это „да“— выражение искренней благодарности Творцу за спасение и освобождение!»
Затем пианист, судя по всему, спятивший на непростой должности во Всемирной панораме, пытается одновременно озвучить все три слайда сразу, воспроизводя мужское пение на три голоса: Славься! Дружба! Твердыня веры наш Господь! Славься, друг мой Бог, ты понял, да, ты понял!?!
