Автобиография красного полностью

AUTOBIOGRAPHY OF RED

ANNE CARSON

KNOPF DOUBLEDAY PUBLISHING GROUP

© 1998 by Anne Carson

© Юлия Серебренникова, перевод, 2021

© Издание на русском языке, оформление. No Kidding Press, 2021

ОН ПИСАЛ после Гомера и до Гертруды Стайн, сложный период для поэта. Стесихор родился около 650 года до н. э. на северном побережье Сицилии в городе Гимера и жил среди беженцев, говоривших на смеси халкидского и дорийского. Беженцы жадны до языка и готовы к тому, что случиться может всё что угодно. Слова скачут туда-сюда. Слова, если им позволить, делают то, что они хотят делать и что должны делать. Слова Стесихора были собраны в двадцати шести книгах, от которых нам остались только дюжина заглавий и несколько собраний фрагментов. Мало что известно о его карьере (за исключением знаменитой истории о том, что он был ослеплен Еленой; см. Приложение А, Приложение Б и Приложение В). Похоже, он был любимцем публики. Как отзывались о нем критики? Много хвалебных отзывов написано о нем в древности. «Самый гомеровский из лирических поэтов», – говорит о нем Лонгин. «Старые истории звучат у него по-новому», – сообщает нам «Суда». «Неутолимая жажда перемен», – пишет Дионисий Галикарнасский. «Сладкоголосый гений прилагательных!», – вторит им Гермоген. Тут мы подходим к сути вопроса «Что сделал Стесихор?». Воспользуемся сравнением. Когда Гертруде Стайн понадобилось емко определить Пикассо, она сказала: «Этот работал». О Стесихоре можно сказать: «Этот делал прилагательные».

Что такое прилагательное? Существительные называют мир. Глаголы приводят названия в действие. Прилагательные приходят откуда-то еще. Слово прилагательное (греческое epitheton) само является прилагательным и означает «поставленный сверху», «добавленный», «приложенный», «привезенный», «чуждый». Прилагательные кажутся довольно невинными добавлениями, но присмотритесь получше. Эти маленькие привезенные откуда-то механизмы прикрепляют каждую вещь в мире к определенному месту. Они – защелки бытия.

Конечно, быть можно по-разному. В мире гомеровского эпоса, например, бытие стабильно и определения прочно закреплены в традиции. Если Гомер упоминает кровь, кровь черная. Когда появляются женщины, они прекраснолодыжные и быстроглазые. У Посейдона всегда синие брови Посейдона. Смех богов неугасимый. Море немолчношумящее. Ноги людей быстрые. Смерть злая. Печень трусов белая. Эпитеты Гомера – это фиксированный способ говорить, с помощью которого он прикрепляет каждую субстанцию в мире к самому подходящему свойству и удерживает их на месте для эпического потребления. В этом есть страсть, но какого рода эта страсть? «Потребление – это не страсть к субстанциям, это страсть к коду», – пишет Бодрийяр.

В эту неподвижную поверхность кода и родился Стесихор. И он изучал ее с одержимостью. Она уклонялась от него. Он подходил ближе. Она останавливалась. «Страсть к субстанциям» кажется подходящим описанием для этого момента. По какой-то никому не известной причине Стесихор начал открывать защелки.

Стесихор высвободил бытие. Все субстанции в мире оказались парящими в воздухе. Внезапно не стало препятствий для того, чтобы лошади были с копытами полыми. Или река – корнем серебряной. Или ребенок – без царапинки. Или ад – таким же глубоким, как высóко солнце. Или Геракл – невзгодно могучим. Или планета – посреди ночи застывшей. Или страдающий бессонницей – изгнанным из радости. Или убийства – сливочно-черными. С некоторыми субстанциями оказалось сложнее. К Елене Троянской, например, была прикреплена традиция использования определенных прилагательных, связанных с блудом, которая уже во времена Гомера была стара как мир. Когда Стесихор отстегнул от Елены ее эпитет, излился такой свет, что он и правда мог на мгновение ослепнуть. Это большой вопрос, вопрос ослепления Стесихора Еленой (см. Приложение А, Приложение Б), на который, впрочем, как принято считать, невозможно ответить (но см. Приложение В).