На поляне подле разбитой скульптурной группы на позициях стояли три штурмовых серва. Выпущенные ими дополнительные опоры вдавились глубоко в грунт, обеспечивая устойчивость при стрельбе, обтекаемые приплюснутые корпуса с короткими выступами гаусс-орудий находились в постоянном движении, они как будто принюхивались в поиске целей.
«Одну плазменную гранату на всех», – промелькнула здравая мысль, но сканеры боевой экипировки уже зафиксировали группы чужих – двалги заняли круговую оборону, в центре их построений находился «Мыслящий», рядом с ним на коленях стоял Энтони Хоук. Глаза мнемоника были закрыты, лицо хранило отсутствующее выражение, черты стали одутловатыми, он медленно раскачивался из стороны в сторону, едва ли воспринимая реальность.
Вспышка плазмы или близящаяся декомпрессия убьют его.
В такие секунды страх исчезает. Чувства гаснут, мышление становится кристально четким, на принятие решения дается лишь миг страшного, по сути, выбора.
«Не дождетесь…»
Два одиночных выстрела ударили сухо и точно. Первый повалил «Мыслящего» – вытянутый череп инсекта разнесло кровавыми клочьями хитина, вторая пуля ударила в плечо Хоука, и тот заорал, пытаясь зажать рукой рану, повалился в траву.
Автомат движения бронескафандра, введенный в форсированный режим, позволил Павлу стремительно перемещаться по заранее заданной схеме, освобождая рассудок для оценки ситуации, ведения боя. Двалги, испытавшие шок в момент гибели «Мыслящего», уже пришли в себя, открыли шквальный огонь, лазерные разряды оставляли глубокие дымящиеся рубцы на броне, но Пахомов не собирался ввязываться в бой с чужими, по тварям успешно работали плечевые орудия, быстро заставившие вражеских бойцов искать укрытия, вжиматься в землю.
Ритмика боя поглощала рассудок. Сервы на стационарных позициях зафиксировали новую цель, но майор атаковал их с тыла, а механизмы, управляющие круговым поворотом приплюснутых, обтекаемых корпусов отработали недостаточно быстро.
Вариатор темпа стрельбы, установленный в положение «максимум», позволил Пахомову опустошить стозарядный магазин тремя форсированными очередями. Броня древних машин не выдержала, брызнула осколками, изнутри их корпусов рвануло пламя.
Рукоятка «ИМ-200» автоматически провернулась, подавая новый боекомплект, а со стороны ближайшего аварийного укрытия к месту событий уже приближался эвакуационный модуль.
Чужие не могли учесть всех нюансов. Они действовали стремительно и грубо, используя фактор внезапности, подавляя сопротивление телепатическим воздействием и численным превосходством, но техносфера «Танаиса» включала в свой состав сотни автономных систем, о существовании которых твари даже не догадывались. Примитивные, реагирующие лишь на определенные события, они таились повсюду, готовые прийти на помощь людям.
Крик раненого мнемоника послужил сигналом к активации аварийного убежища. Эвакуационный модуль, достаточно хорошо защищенный, выдержал несколько шальных попаданий и сейчас стремительно приближался к Хоуку, одновременно открываясь.
– Дитрих, задержи декомпрессию!
– Сколько?
Пахомов стремительно перемещался между деревьями, концентрируя на себе внимание чужих, не прекращая вести огонь.
– Секунд тридцать!
Модуль экстренной эвакуации уже подобрал Хоука и теперь, герметизируясь по ходу движения, удалялся в направлении узкого лаза, обозначившего вход в аварийное убежище.
Пахомов рывком добрался до ближайшей воронки. Обнажившиеся ребра жесткости палубы как нельзя лучше подходили для крепления фала.
– Есть! Я в укрытии! – Он скатился на дно воронки, выстрелил тонким тросом, и тот, пару раз обернувшись вокруг опоры, надежно зафиксировался.
– Тернов?
– На связи!
– Батареи ПКО в районе купола отключены!
– Понял, выхожу на курс!
Дитрих только сейчас огляделся по сторонам, заметил развороченные укрепления, поваленные деревья, глубокие воронки и бьющие из разорванной гидропонической системы гейзеры мутной жижи.
Он закрепился и отдал мысленный приказ подсистемам.
Сегмент защитного поля в верхней части купола отключился.
Неистовый воздушный поток устремился в образовавшуюся брешь. Ураганный порыв ветра мгновенно набрал мощь, он с корнем выворачивал деревья, разрушал легкие пластиковые строения, срывал почвенный слой, подхватывал фигурки чужих, выбрасывая их в открытый космос.
Вне купола разрасталось облако кристаллизующейся в вакууме атмосферы, катастрофическое явление протекало стремительно и необратимо, сила воздушного потока сметала все на своем пути, но стихия бесновалась недолго, давление в разгерметизированном секторе резко упало, и вскоре беззвучье вакуума затопило изуродованное пространство.
– Снимаю защиту по курсу!
Дитрих отключил ближайшие эмиттеры суспензорного поля, а через пару мгновений в поле зрения появилась стремительно приближающаяся точка. «Стилетто» галактлейтенанта Тернова, выдержав затяжную дуэль с батареями противокосмической обороны, шел на вынужденную посадку, транспортируя в стыковочных захватах две спасательные капсулы.