Мужчина знал, как целоваться, поняла я, позволяя ему изучать меня, пока очень медленно открывала рот, но недостаточно, чтобы он был слишком резвым. Это был невинный поцелуй, сладкий поцелуй, тот, которым я по-настоящему наслаждалась.
Все было идеально, кроме чувства, что кто-то смотрит на нас. Я аккуратно открыла глаза и посмотрела на Беара, пока продолжала целовать Грега. К моему ужасу, я увидела, что Беар смотрел на меня, пока медленно облизывал свой пах, будто смотрел легкое порно и удовлетворял себя. Его глаза впились в мою душу, и я ничего не могла поделать с собой, но отстранилась от Грега. Я довольно быстро могла адаптироваться к вещам, но собака, удовлетворяющая себя, во время наблюдения за тем, как я целуюсь с его хозяином, было тем, с чем я не могла справиться.
— Что не так? — спросил Грег, смущенный, что я отстранилась.
Прочищая горло, я бросила взгляд на Беара и сказала:
— У Беара, кажется, проблемы с подглядыванием.
— Что? — спросил Грег, немного оскорбленный.
— Он продолжает смотреть на нас и вылизывать себя, пока мы целуемся. Просто это немного странно.
— Это не странно, — засмеялся Грег, наклоняясь и поглаживая Беара по голове. — Ты просто любопытный, не так ли, приятель?
Как в замедленной съемке, я наблюдала, как длинный язык Беара с черным пятном на кончике — гадость — вылетел из его рта и начал облизывать лицо Грега, губы и фу, даже язык, а Грег только засмеялся от натиска любви его собаки.
Мои глаза превратились в микроскопы, замечая каждый микроб, который переместился с яиц Беара на лицо Грега всего за пару секунд.
Через пару минут, Грег отстранился и повернулся ко мне.
— Он просто пёс, не о чем волноваться.
С улыбкой, Грег наклонился вперед и сморщил губы, когда моя рука взлетела вверх и остановила его приближение, практически отбивая его голову как чертов баскетбольный мяч.
— Эм, что ты делаешь? — спросил Грег между моими пальцами.
Я пыталась увидеть Грега, увидеть мужчину, которого видела раньше, но это было невозможно, потому что все, что я могла видеть, это маленькие собачьи яйца, свисающие с его лица, собачьи какашки и собачья моча, которая уже заразила эти губы. Мысли о том, как много раз Грег целовался со своей собакой, прежде чем я сегодня пришла в его квартиру, пронеслись в моей голове. Целовался ли он с Беарам прямо перед тем как я приехала? В конце концов, я пришла к заключению, что только что целовала промежность Беара.
— Фу, — произнесла я, поднимаясь и качая головой.
— Что такое?
— У тебя на лице яйца собаки?
— Что? — спросил Грег, по-настоящему запутавшись.
— Собачьи яйца, у тебя на лице собачьи яйца. Боже, я целовала мужчину с собачьими яйцами на лице.
— Откуда это?
— От твоей собаки, — ответила я, указывая на Беара, который был в надлежащей позиции для вылизывания яиц, но смотрел на нас с невинным выражением на лице. — Во-первых, твоя собака вылизывает свой пах, будто копается в бассейне зыбучих песков, и во-вторых, ты понимаешь, что сначала собака облизывала свои яйца, и затем облизывала твое лицо? Называй меня ханжой, но я не хочу, чтобы собачьи яйца были на моем лице.
— Ты серьезно? — спросил он сконфуженно.
— Да! — ответила я, убирая руку. — Ты не можешь думать, что я захочу целовать тебя, после этих нежностей с собакой.
— Я чувствую, будто ты оскорбляешь Беара. Мне это не нравится, Рози.
Боже.
— Ну, мне не нравится, что твоя собака практически удовлетворила себя орально, пока наблюдала, как мы целуемся.
— Вау, ты все переворачиваешь с ног на голову. Ты немного сноб, Рози.
— Я сноб? Потому что я не хочу собачьи яйца на своем лице? Хорошо, я просто думала, что это гигиенично.
— Я думаю, пришло время тебе уйти.
— Ты думаешь? — спросила я саркастично, хватая свою сумочку и вылетая из квартиры более злая, чем когда-либо.
