Любопытно, что и плохие, и хорошие эксперты обязательно обидятся на вас. В лучшем случае они пробурчат дежурную похвалу. Но – если вы сделали свое дело добросовестно – через какое-то время они перечитают ваш текст, поймут, что были неправы, или просто смирятся с формулировками. Либо поймут, что со стороны ситуация, проблема выглядит именно так, как вы описали. И придут к вам мириться. Или не придут. Но, по крайней мере, когда вы опять с ними свяжетесь, точно помогут.
Лайфхак: во время интервью записывайте кратко в блокнот особо острые, интересные фразы собеседника и помечайте, на какой минуте записи они были высказаны. Тогда позже вам не придется расшифровывать все пять часов болтовни. Можно, конечно, отдать расшифровщику, но это лишние деньги, а главное – он должен разбираться в предмете разговора, чтобы вы потом не исправляли ошибки за ним. Также можно прогнать запись через специальную программу распознавания речи. Но такие программы тоже несовершенны, и получившимся текстом, скорее всего, можно будет случайно вызвать джинна.
Вообще, блокнот – чрезвычайно полезная вещь, если не лениться записывать туда детали, сценки, мысли
Заметьте, как въедлива Рубина, хотя еще не до конца решила, кем будет ее героиня. «Запах цирка, цирковые словечки, привычки, как люди поступают в таких-то случаях, из чего сделан занавес, бархатный ли он, какого он цвета, есть ли там пыль, чем его чистят, как разминаются перед выходом в форганг, что такое пушки, трапеции, как делается тот или иной трюк. Ведь как только человек, пишущий о цирке, произносит слово “клоун” от лица цирковых, – он провалился тут же».
Впрочем, чтобы объяснить, почему так важны детали – помимо того, что работают на уже упомянутое доверие читателя, – сначала следует сказать об одной распространенной путанице.
Есть детали, есть подробности, но это не одно и то же. Детали – это приметы героя, эпизода, рассказывающие что-то важное о человеке, пейзаже, сценке. Типичный пример – из «Заповедника» Сергея Довлатова. В первой же главе лирический герой утром входит в привокзальный буфет. Можно было бы долго и красочно описывать, кто его посещает и что там творится, но Довлатов решает эпизод точной деталью: «“Через официанта”, – вяло произнесла буфетчица. На пологой груди ее болтался штопор».
А подробности – это вредоносные, несущественные уточнения, без которых можно было бы обойтись. Пример: «В 2013 году ежедневные надои молока с коровы стояли на отметке 20 литров, а в 2014 году выросли до 40 литров». Зачем это нагромождение цифр, если можно написать просто «коровы стали давать вдвое больше молока»?
Подробнее о приемах, позволяющих избегать какофонии в текстах, мы поговорим позже, но один из них стоит усвоить прямо сейчас. Старайтесь, чтобы на один абзац у вас приходилась одна, максимум две цифры. Если, конечно, вы не пишете статью по бухгалтерскому учету или математике.
«Если бы я в дороге не перезнакомился со всеми людьми, – утверждал Корней Чуковский в письме другу, художнику Илье Репину, – да не в своем купе, а в целом вагоне, да не в одном вагоне, а в целом поезде, со всеми пассажирами, сколько их есть, да еще с машинистом, кочегаром и кондукторами в придачу, – я был бы не я. Я непоседлив, вертляв, болтлив и любопытен».
Это портрет идеального исследователя. Да, среди нас много интровертов, которые желали бы спрятаться от мира в дом из одеяла. Но если нас посетило желание рассказывать – значит, придется заставлять себя включать Чуковского.
Итак, мы охотимся за деталями, рассказывающими что-то о герое или ситуации, а подробности изничтожаем. Только, пожалуйста, осознайте: «записывать детали и свои мысли сразу» стоит понимать буквально. Записывайте в ту же секунду. Как бы ни было холодно, мокро, неудобно, стыдно доставать блокнот и царапать там что-то ручкой, надо делать ровно так: доставать и царапать. Это грабли, на которые наступило не одно поколение репортеров. Мысли и детали забываются очень быстро. Особенно если разговор с интервьюируемым совершает поворот или перескакивает на другую тему. Вы уже забыли те безвкусные грамоты с глупыми формулировками, которыми ваш герой зачем-то украсил стены приемной, и слушаете его речь о надоях.
Кроме того, регулярные записи в блокноте – это тренинг по оттачиванию своего уникального языка. Малькольм Гладуэлл в книге о природе успеха «Переломный момент» вывел простую закономерность: те, кого мы привыкли называть гениями, занимались своим ремеслом около 10 000 часов. Ежедневно царапая в блокноте, вы обретаете свой способ говорения и понемногу становитесь мастером. Стиль растет из записной книжки.
