Надо погулять, пообщаться с народом. Если встречать катер на причале, такого наслушаешься… а там Митек рыбачит. Ну и фиг с ним. Не хватало еще бегать от этого дебила. Нельзя упускать местные байки, может выйти отличный сценарий. Когда Дина рассказывала, как местные жители заподозрили ее в убийстве шведов-фотографов, у Риты даже мелькнула идея триллера про косу… Вот и решено. Она остается, скорее всего, еще на неделю.
Женские пальцы быстро нажимают буквы на клавиатуре компьютера. Слышен звонок телефона. Пальцы перестают печатать, «взгляд камеры» останавливается на стоящем рядом с компьютером телефоном. После двух сигналов срабатывает автоответчик (женским голосом, далее он будет называться «голос хозяйки»): «Здравствуйте, оставьте сообщение, и я вам перезвоню». Далее говорит высокий женский голос: «Привет, это Алла, я не могу тебе дозвониться. Ты в Москве? Позвони, как появишься, мы же тебе ещё денег должны. Да, он просил вернуть какой-то зонтик, говорит, мамин подарок. Ну, целую, пока».
Пока звучит голос Аллы, взгляд камеры бесцельно бродит по комнате. В поле её зрения попадают – открытое окно с развевающейся занавеской (с улицы доносятся радостные крики и визг детей), несколько книжных шкафов, небольшой пустой аквариум, из которого торчат глянцевые журналы, старинный комод с выдвинутыми ящиками и разбросанными на полу бумагами, папками и фотографиями, отклеивающиеся обои в вернем углу комнаты… Это большая комната в старом доме, с высоким потолком и арочными окнами.
- Деньги – это хорошо… - медленно произносит голос хозяйки.
ТИТР.
Те же женские руки выгребают вещи из стенного шкафчика в коридоре. На полу валяется уже несколько пар зимней обуви, какая-то верхняя одежда.
- Где же этот дурацкий зонтик? – произносит голос хозяйки, - я же только вчера его…
Рука открывает ещё одну дверцу, оттуда начинает течь струйка грязной воды. Камера «осматривает» стоящую в лужице летнюю обувь.
- Что это за дрянь… - удивляется голос хозяйки.
Рядом с обувью камера «замечает» продолговатый бумажный свёрток, тоже намокший. Руки берут свёрток, осторожно разворачивают. В нём находится уже оттаявший кусок мяса.
- Чёрт! – говорит голос хозяйки.
Камера «быстро идёт» на кухню, рука открывает холодильник, и мы видим, что в морозильной камере одиноко лежит заиндевевший складной зонтик. Бросив мясо в морозилку, отодрав примёрзший зонтик и закрыв холодильник, руки очищают зонтик от кусков льда.
ТИТР
Камера «подходит» к открытому окну, «смотрит» во двор. Лето. Небольшой аккуратный дворик где-то в центре Москвы. Во дворе шумно играет несколько маленьких детей, на скамеечке что-то увлечённо обсуждают их мамы. Голоса детей плавно стихают, резко вступает мужской голос.
Басистый мужской голос: «Да нет тут ничего личного! Я что, давал тебе повод?
Это литература, может и хорошая, не знаю, просто для нашего журнала это слишком…
Мужской голос перекрывается пожилым женским голосом: « Ну, это не
литература, извините… У нас же серьёзное
