Это стало почти ритуалом. Мы смотрели друг на друга, и я отдыхал от дневных забот. Осмысливал впечатления дня и мечтал, как хорошо бы было, если бы она могла оценить мои мизерные, незначительные, но все-таки достижения. Вчера мне удалось поставить на место зарвавшегося и наглого таксиста, который хотел содрать с меня плату выше, чем положено. Я сделал это грубо и жестко — по-мужски. В итоге я заплатил столько, сколько было оговорено заранее и, хлопнув дверцей желтого кэба, уверенной походкой зашагал к своему подъезду. В этот миг мне показалось, что ОНА стоит неподалеку, видит меня и мысленно восхищается.
Ждать я уже перестал.
Но на фото смотрю регулярно.
Проходит время, и я чувствую, что эта привычка начинает тяготить меня. Фото перестает радовать, причиняя душевные муки. Это потому, что исчезла надежда. Но появилось нечто другое!
Каждый вечер, с болью в душе я достаю фотографии из ящика, и вновь впиваюсь в родной и такой далекий образ своим ненасытным взглядом. И с каждым разом во мне растет понимание. Понимание того, что я нашел то, что искал.
***
Я собрался заново открыть файл № 1, но кто-то положил руку мне на плечо.
Лилия! Вот уж кого сегодня не ожидал увидеть! Но учитывая то, что я сейчас получил в качестве материала для работы, ее появление следовало бы предугадать.
— Привет, Марк!
— Здравствуй, Лилия!
— Озадачен?
— Это мягко сказано!
Моя начальница оставалась позади меня, и я не видел ее, а только слышал и чувствовал ее руку. Однако я понял, что она улыбается сейчас.
— Что смешного? — немного резковато воскликнул я.
— Ты!
— Что я?
— Ты смешной!
Я дернулся, но она не убрала руку с моего плеча и даже слегка надавила.
— Что это все означает? — я указал на экран монитора, где была открыта архивная папка с тремя загадочными текстовыми файлами, которые я на раз уже прочитал.
— Ты кем у нас работаешь? — проигнорировала Лилия мой вопрос.
— Корректором.
— Вот именно!
— Мне не понятно… — я снова заерзал, пытаясь повернуться и взглянуть ей в лицо, но она с усилием заставила меня оставаться в прежней позиции и теперь обе ее руки покоились на моих плечах.
— Что тебе непонятно?
— Все непонятно! Это бред какой-то! Мне подсунули невразумительные исповеди каких-то неустроенных и закомплексованных психов! Что прикажешь с этим всем делать?
— Бред? — переспросила она. — Может быть. Кстати, ты верно уловил то, что объединяет все три текста. Везде есть жалоба на судьбу.
— И просьба о помощи?
— Не уверена… Так кто ты у нас? — этот вопрос она только что задавала.
— Ты уже спрашивала! Я Корректор!
— Вот именно! На то и нужен Корректор, чтобы бред превратился во что-то удобоваримое. Не так ли?
Я растерянно замолчал. Потом произнес.
— Это так. Но я не привык… Я не уверен, что с этим материалом можно вообще работать.
— Ты хочешь сказать, что формат данных изменился и тебе не приходилось раньше с подобным работать? — снова хихикнула моя начальница.
— Да! Совершенно верно, — подумав, согласился я.
Лилия на этот раз громко рассмеялась.
— Ну тогда с повышением тебя! — заявила она и несколько раз потрепала правой рукой мои волосы.
Я снова попытался повернуться, но был возвращен в исходное положение.
— Что ты имеешь ввиду? — спросил я.
— Ничего особенного. Просто ты получил рабочую задачу более сложного уровня, чем были у тебя до сих пор. Насколько я догадывалась, ты мечтал об этом? Надоела рутина, так ведь? Вот и сбылись твои чаяния. Уверена, что ты блестяще справишься!
Я охватил свой лоб ладонями и задумался, просидев так несколько минут. Лилия по-прежнему оставалась рядом и позади.
— Но мне нужны пояснения! — наконец протянул я. — Я, разумеется, хотел чего-нибудь посложнее, но не так это себе представлял.
— Еще бы! — отозвалась Лилия. — Ты думал, что если перевернуть задачу на сто восемьдесят градусов, то это и будет нетривиальной миссией великого Корректора. Наказать какого-нибудь негодяя или еще что-нибудь подобное. Но такой подход, по существу, ничего не меняет. То же самое, только, с другой стороны. Сложность в нашей работе появляется тогда, когда кто-то не укладывается в линейные рамки стандартного сюжета.
Я еще раз задумался и, почесав лоб, решил, что понимаю, о чем она говорит.
— Мне нужно выяснить хоть что-нибудь об этих людях, — уже деловым тоном констатировал я. — Думаю, что ты здесь для того, чтобы пополнить меня информацией?
— О нет! — воскликнула женщина. — Никакой информации, мой мальчик! Всё для того, чтобы сделать работу качественно у тебя уже есть. Плюс клавиатура, монитор и голова на плечах. Для начала ограничимся тремя файлами. Теми, что ты получил сегодня в архивной папке. Остальные девять стандартных дел побоку! Отложим назавтра, договорились?
— Но как же так? — воскликнул я. — Должен же я иметь хоть какие-то сведения! Здесь же незначительные отрывки, из которых невозможно делать выводы и, тем более, принимать решения!
Я услышал, как мой куратор вздохнула за спиной.
