Солист легендарной рок-группы "Девятая планета от солнца" – Энтони Драйвер, прожил хорошую, хоть и легкомысленную жизнь. Однако в возрасте двадцати одного года он мужественно погибает от выстрела в сердце… из декоративного арбалета. Вот только с наступлением столь глупой кончины, радости и злоключения Энтони не заканчиваются. Напротив, их становится лишь больше, поскольку теперь душа Тони переносится не куда-нибудь, а прямиком на тот свет.Чистилище – есть бесконечная автострада, слева от которой полыхает ад, справа сияет рай, а по всей длине рассыпаны бесчисленные мотели, отели и прочие забегаловки, забитые под завязку такими же заблудшими душами. Там-то Энтони и встречает своего нового друга, человека по имени Алан Бронсон, погибшего во время перестрелки с членами мексиканского картеля. Всё, чего хочет Тони – вновь оказаться на сцене. Всё, чего хочет Алан – отомстить. Однако шанс на возвращение к жизни может быть предоставлен высшими силами лишь одному из них…
Жизнь – пестрая и легкомысленная, словно бабочка порхнула мимо него, не дав ни минуты, ни краткого мига на рефлексию или прощание. Мелькнула так стремительно и мимолетно, как спрыгивает в темноту один из тысячи огоньков фейерверка, когда его рваный бутон расцветает в ночных небесах брызгами цветных искр.
Боль – острая и мучительная, разорвалась в груди мощной бесшумной хлопушкой. Так сильно, что не было возможности не то что закричать, попросту даже вдохнуть! На какое-то время все иллюзорно – не иллюзорно замерло: время, его дыхание, сочный шелест листвы за окном, стоящая напротив Джипси, он сам… Будто это было обязательным условием для того, чтобы непоправимого не случилось. Будто это могло как-то отсрочить неизбежное…
Казалось, Тони просто утомленно моргнул, прикрывая глаза на одно короткое мгновение, но только лишь для того, чтобы с усилием открыть их снова. А после увидеть-таки, как Джипси с выражением крайнего шока на лице опускает этот проклятый декоративный арбалет, который на самом деле оказался не таким уж декоративным.
Энтони неожиданно для самого себя с растущим изумлением вдруг подумал: «Неужели это все?». И честный голосок в голове доверительно шепнул ему: «Да…».
Ты бежал всю свою недолгую жизнь, малыш Тони.
Но теперь пришло время. Остановиться.
Самостоятельно разомкнуть болезненно смеженные веки ему уже было не суждено.
Энтони Драйвер умер.
Легкие горели, в коленях предательски слабело, а в спину ей эхом неслись издевательский хохот и свист. «Вот же засада! И чего привязались только, уроды!» – в отчаянии думала Клэм, вылетая из узкого, длинного переулка – самого крайнего и самого тускло-освещенного в этом городе. Дорога на Ла́го-Сагра́дос заканчивалась просторной автобусной остановкой с козырьком и ровным рядком подсвеченных изнутри вендинговых автоматов: с игрушками, газировкой, снеками, разноцветной жвачкой, еще какой-то белибердой…
– Твою мать! – в отчаянии процедила девушка, прекрасно осознавая, что скрыться ей попросту негде, за остановкой в прохладную синеватую темноту вилась бесконечная Автострада, и пешему путнику на ней делать было решительно нечего. К тому же не стоило облегчать этим ублюдкам работу, выбираясь на просторы безлюдной, песчаной пустоши, где им станет куда проще…
Клэм решительно тряхнула головой, машинально ныряя за автомат со снеками (прекрасно осознавая насколько это бессмысленное действие, они же не совсем безмозглые!) и очень стараясь отогнать от себя жутковатые мысли о том, чего наверняка не могло с ней никак приключиться. Ох, как же давно она пыталась к
– Клэмси-джэмси! – нараспев произнес чей-то веселый, до странного приятный и мелодичный голос. Заслышав этот голос впервые, никто и не подумал бы спасаться или прятаться от его обладателя, слишком уж благодушно и мягко он звучал, умело бравируя зароненными в тон, совершенно искренними нотками юношеского задора.
Однако если уж Клэмси Даблдэй в чем-то и научилась разбираться за все свои недолгие несладкие семнадцать, так это в том, какие люди не причинят ей существенного вреда, а какие сломают хребет при случае, и неважно – будет ли состоять этот хребет из мягких хрящей да костяных позвонков или же окажется лишь метафорой на ее ментальное состояние. Пусть девушка все еще сомневалась в том, стоит ли ей продолжать свои бесплотные попытки скрыться от настигающей, раз за разом, погони, однако одно она знала точно – обладатель этого голоса способен сломать все возможные «хребты» в каких бы значениях они там не подразумевались, дай ему только повод. А в некоторых случаях этому козлу и повод не будет нужен.
