- А это ещё что такое? - спросил я, дождавшись конца истерики.
- Владик себе новое лекарство купил. Кажется, от бронхита, чтобы не харкаться.
- Да иди ты, - отмахнулся я от него руками, - быть такого не может. Ещё не изобрели такого лекарства, чтобы Владичка перестал отхаркиваться. А если бы изобрели, мы сами с тобой давно бы уже ему купили - хоть поспали бы спокойно. Ладно, давай сюда это лекарство, не пропадать же моей соде.
- Что ты хочешь сделать? - с ужасом спросил Рудик, смутно догадывающийся о моих последующих пакостях.
- А что, не мне же одному страдать!
С этими словами я насыпал соду в ложку и умудрился затем высыпать её в узкое горлышко Владиковского лекарства. Хорошенько взболтав полученную смесь, я поставил флакон на место.
- А если он заметит, - всё с таким же ужасом произнёс Рудик.
- Так ведь это самое главное, - обиделся я. - На кой тогда мне всё это нужно, если не будет никакого эффекта?!
- Чего ты над ним издеваешься?
- Не знаю, злой он какой-то стал.
Не знаю, как дотерпел Рудик до возвращения Владика, но стоило тому появиться, как Рудик через каждые пять минут стал напоминать, что ему пора принять лекарство.
- Ах, да-да! - спохватился, всё-таки, через полчаса Владик и, отлив из флакона определённую дозу, с наслаждением выпил содержимое. Рудик зачаровано смотрел ему в рот. Я лежал на кровати и тоже одним глазом пытался увидеть реакцию больного.
Владик молчал и занимался своим делом. Наконец, молчание стало просто невыносимым, и Рудик, стараясь, чтобы его голос звучал как можно более небрежно, спросил:
- Ну, Владик, как лекарство?
- А? Чего? А, лекарство, да ничё, нормальное, вкусное даже. Хочешь попробовать?
По комнате пронёсся протяжный стон - это я, уткнувшись лицом в подушку, трясся мелкой дрожью от раздирающего меня смеха и одновременно ругал себя за тупость.
Действительно, это каким же надо быть идиотом, чтобы забыть тот случай с тушёнкой, когда Владик ещё сомневался - можно ли её есть или нет. Ничего не попишешь - у человека напрочь отсутствуют вкусовые рецепторы...
Каждый день - три раза в сутки - я упражнялся в своём новшестве. И уже через неделю закончилась моя первая пачка "Camel". Выкуривать три сигареты в день было для меня более чем достаточно. Пока никто об этом ещё и не подозревал.
Первым увидел меня с сигаретой Наиль. В один прекрасный день я после полуночи от нечего делать прохаживался по нашему коридору. Обычно в это время общага ещё не спит, но сейчас было на редкость тихо. И я решил закурить прямо здесь. Честно говоря, мне надоело делать это втихомолку, так что пора было выходить из тени.
В коридорной тишине зловеще раздался скрежет двери 211-ой, и передо мной появился Наиль. Я тут же встал в позу и, делая вид, будто совсем не обращаю на него внимания, вульгарно затянулся. Однако, краем глаза заметил, как у Наиля перекосился при виде меня мордоворот, а затем, придя в себя, с криками: "Рыжий!!! Тебя никто ещё не видел?" он силой выволок меня за собой на чёрную лестницу.
- Рыжий! - всё также ошарашено продолжал он. - Сиди здесь и не высовывайся! Тебя, правда, ещё никто не видел?
Мне стало до такой степени смешно, что я не удержался и расхохотался вовсю.
- Никто, - наконец-то, смог сказать я.
Наиль немного успокоился, закурил и сел на карачки.
- Ну, рассказывай, - начал он, - как ты докатился до такой жизни.
И я рассказал ему о своих творческих начинаниях.
- А почему ты затащил меня на лестницу? - спросил я потом.
- Да ты представь, если кто тебя увидит - какой хай поднимется!
- Вообще-то, это и есть моя цель, так что не мешай мне...
В этот последний семестр предки дали мне с собой ничтожно малую сумму. Так уж получилось. А надо сказать, что к деньгам я всегда относился и отношусь крайне небрежно. Копить их, вообще, не умею, трачу сразу, как только они появляются. Вот и сейчас - стоило мне только приехать, как я тут же купил себе две шёлковые рубашки, в результате чего от моей мизерной суммы практически ничего не осталось. И тогда я принял решение устроиться на работу. Вообще-то, это легко сказать, но не так уж легко осуществить. Хотя работу в Питере найти намного легче, чем в Астрахани. И если бы меня не связывала "школа", то проблемы бы не было. Но "школа" с идущим впереди с флагом Гармашёвым связывала по рукам и ногам. Необходимо было искать вечернюю работу. Можно, конечно, было и ночную, но мне что-то не хотелось.
Выход подсказал Рудик, который тоже был не прочь подзаработать и предложил пойти куда-нибудь в театр, музей и т.п. работать хотя бы гардеробщиками. В этот момент на его лице блуждало что-то типа экстаза, что объяснялось его особой любовью к этим местам.
- Театрал ты наш, - вздохнул я, - что ж, можно попробовать. Только не уверен, что там много будут платить.
- Ну, и что, зато бесплатно будем на все симфонии ходить!
- Это надо же, какое счастье! Всю свою сознательную жизнь мечтал, - съязвил я. - Уж лучше в театре спектакли смотреть.
