Смагер посмотрел на часы: через пятнадцать минут смена Сони заканчивалась. А это означало следующее: если он ее не успеет перехватить и договориться о встрече, то на работе она появится только через три дня. Звонить ей по внутреннему телефону в дежурную часть не хотелось. Их разговор в таких случаях раз за разом прерывался звонками москвичей, которые каждую минуту обращались за той или иной помощью к работникам правоохранительных органов. Значит, нужно было уже сию минуту прекратить прием посетителей и задержанных, закрыть на время контору и спуститься вниз в дежурную часть – иначе Соню не перехватить.
Смагер переключил телефон в режим автоответчика – мало ли, какое задание захочет в эти четверть часа подбросить начальство. Надел пиджак и поправил галстук. Он вышел из кабинета и сунул ключ в замочную скважину. В это время со стула встал лысый мужчина лет сорока и подошел к Смагеру. От него сильно пахло потом, и Смагер, опустив голову, поморщился.
– Игорь Олегович, я к вам с заявлением, – сказал лысый, и к запаху пота прибавился запах дешевых сигарет, которые, по всей видимости, курил незнакомец.
– Я отлучусь на четверть часа, – еще раз поморщившись, сказал Смагер и сочувственно пожал плечами. – Начальство ждать не любит…
Мужчина вжал голову в плечи и молча отошел к стулу, с которого поднялся.
Игорь спустился на три этажа ниже и прошел в аппаратный центр, где за столами, оборудованными компьютерами и телефонными аппаратами, работали дежурные телефонистки. Расточая направо и налево улыбки молодым девчонкам в милицейской форме, Игорь лихо лавировал по узким проходам между многочисленных столиков к рабочему месту Сони. Она, отключив свой аппарат от телефонной сети, готовилась к сдаче дежурства. Рядом сидела сменщица и ждала, когда Соня уберет с рабочего стола свои парфюмерные принадлежности, растерзанную пачку жевательной резинки, карандаши, маленькие листочки бумаги, на которых она записывала какие-то цифры и рисовала одной ей понятные узоры и орнаменты. Наконец она поднялась и уступила свое мягкое вертящееся кресло сменщице, улыбнулась подошедшему Смагеру и, не сказав ему ни слова, двинулась к выходу из аппаратной. Он молча и послушно следовал за ней, предчувствуя, что капитан оперативно-розыскной службы Игорь Смагер через несколько секунд получит строгий выговор от сержанта аппаратного отделения. Предчувствие его не подвело. Соня остановилась на лестничной площадке между этажей и, не убирая с лица улыбки, укоризненно сказала:
– Я же тебя просила, Игорь, не появляйся около моего рабочего стола. Я ведь женщина замужняя, а наши прилюдные встречи дают повод острым языкам для лишних пересудов.
– Это в последний раз, – попробовал он оправдаться. – Если бы я не спустился, то не смог бы тебя поймать. И тогда мы бы три дня не увиделись. Ведь домой тебе тоже нельзя звонить…
– Нельзя, – подтвердила Соня.
– И на работу заходить нельзя, – по-мальчишески шмыгнул он носом.
– И на работу нельзя, – снова улыбнулась она.
– А что же делать, если мне хочется тебя видеть?
– Раньше нужно было думать.
– Я-то как раз и думал, а вот ты не раздумывая выскочила замуж.
– Ладно, не скули. Чего ты хочешь?
– Только тебя…
– Когда и где? – Она перестала улыбаться и спросила сухо, словно разговор шел не о любовной встрече, а о времени и месте передачи агентурных данных.
– Может быть, за чашечкой кофе и рюмочкой коньяка завтра вечерком у меня дома? – постарался придать мягкость разговору Смагер.
– А до послезавтра не вытерпишь? Тогда я могла бы и свекрови, и мужу сказать, что вынуждена подменить заболевшую подругу. И у нас с тобой будет целый вечер и ночь.
– Ты умница, Сонечка, – сказал Игорь и поцеловал ее в щеку. – Ну, я поскакал к себе? А то меня ждет какой-то толстый и потный клиент.
– Скачи. Только сам не провоняйся. Терпеть не могу потных мужчин, – вновь улыбнулась она, и ее каблучки застучали по лестнице.
Потный посетитель сидел на том же самом стуле и, вздыхая, смотрел по сторонам. Увидев Смагера, он поднялся и подошел к двери кабинета. Смагер открыл дверь и, уступив дорогу, жестом пригласил незнакомца войти первым.
– Ну, в чем ваша беда? – спросил он, когда они расселись по разные стороны стола.
– Моя фамилия Харьков. Я работаю риэлтором в российско-американской фирме по обмену и продаже недвижимости. Работа риэлтора – то же самое, что и работа маклера. Так эта профессия называлась в бытность СССР…
– Я наслышан о вашей специальности, – прервал Игорь своего посетителя. – Но наш отдел занимается махинациями не в сфере недвижимости, а в автомобильной сфере.
– Я вас понял. И не буду больше отнимать ваше время. Видите ли, Игорь Олегович, я заметил, что мою машину хотят угнать.
– А какая у вас машина?
– «Мерседес-190». Почти новый. Ему еще и двух лет нет.
– Вы ее держите в гараже?
– К сожалению, гаража пока нет, в этот район я переехал совсем недавно. Машина стоит на улице. Но оснащена очень хорошей электронной сигнализацией, иммобилайзером и некоторыми механическими средствами защиты.
– Как же вы определили, что ее хотят угнать?
