Аз и Ферт полностью

МОРДАШОВ (держа за ногу Фадеева). Люба! Люба! Беги! Пошли скорей дворника за полицией… Вор, наичистейший вор! Караул!..

ЛЮБУШКА. Папенька!

МОРДАШОВ. Беги же, говорят. Что ты еще стоишь?.. Или хочешь, чтоб он меня убил, зарезал… (Кричит.) Караул! Караул!

ФАДЕЕВ (выглядывая из-за занавеса). Не кричите, ради бога… я не вор…. Вы ошиблись!

МОРДАШОВ. Так что ж вы тут делаете в моих сапогах?

ЛЮБУШКА. Боже мой!.. У них будет история… беда, расскажу все маменьке… (Убегает налево.)

Мордашов и Фадеев.

МОРДАШОВ. Я вас спрашиваю, что вы тут делаете в моих сапогах?.. Да извольте же выйти оттуда… Извольте выйти!

ФАДЕЕВ (выходя из-за занавеса). Извините, я нечаянно…

МОРДАШОВ (узнав его, в радости). Что это? Кого я вижу?..

ФАДЕЕВ. Сделайте милость, не подумайте…

МОРДАШОВ. Он! Наиположительным образом он… Приятель, друг… сюда. Сюда! (Целует его.)

ФАДЕЕВ (в недоумении). Что это значит?.. Точно… мне и самому ваше лицо как будто знакомо… Конечно, я очень хорошо теперь знаю, что вы Иван Андреич Мордашов, но, однако ж, странно… Я вас никогда не видел… а, судя по лицу, как будто видел.

МОРДАШОВ. Шалун! Повеса! Как же не видеть?.. Ведь я уж сколько времени тебя ищу… Ведь мы с тобой приятели, закадычные приятели!

ФАДЕЕВ. Неужели? (В сторону.) Странно! Он уж и ты мне говорит.

МОРДАШОВ. Да как же… вспомни-ка Екатерингоф… Еще ты дал мне сигарку.

ФАДЕЕВ. Боже мой, теперь я вспомнил!.. Так точно, это вы!

МОРДАШОВ. Ну, конечно, я! Ведь этакое ты мне сделал одолжение… наичувствительнейшее одолжение!

ФАДЕЕВ. Помилуйте… стоит ли это!.. (В сторону.) Вот чудак-то!.. Чего ж это Любушка боялась?

МОРДАШОВ. Нет, не говори, постой… Ведь твоя фамилия…

ФАДЕЕВ. Фадеев.

МОРДАШОВ. Ну да… Фадеев, Антон… Антон?..

ФАДЕЕВ. Антон Николаич.

МОРДАШОВ (в радости). Так и есть! Антон Николаич Фадеев!.. (В сторону.) Аз и ферт! Вот они, вот, голубчики, они!..

ФАДЕЕВ. Как это вы меня не забыли?

МОРДАШОВ. Еще бы забыть такого молодца!.. Еще бы забыть такое одолжение… такое наипримечательнейшее одолжение… Нет, брат, такие имена не забываются… Аз и ферт!

Фадеев смотрит на него с удивлением.

Да я тебе отплачу… Ты и не воображаешь, каким наиблагороднейшим образом отплачу!.. Жена!.. Люба!.. Сюда! Сюда! Постой, я тебя познакомлю…

С половины этой сцены Марфа Семеновна и Любушка, стоя за дверьми с левой стороны, подслушивали и заглядывали по временам в щелочку.

Те же, Марфа Семеновна, Любушка.

МОРДАШОВ. Милюта! Люба!.. Вот он, рекомендую… лучший друг!

МАРФА СЕМЕНОВНА… Не беспокойся, мы уж знаем давно Антона Николаича.

МОРДАШОВ. Как так?

ЛЮБУШКА. Да, папенька, Антон Николаич наш сосед.

МОРДАШОВ. Может ли быть?.. Где ты живешь?..

ФАДЕЕВ. Против вас.

МОРДАШОВ. Давно ли?

ЛЮБУШКА. Уж больше трех недель.

МОРДАШОВ. Больше трех недель!.. А я его ищу по всему городу! И вы ни слова мне не сказали… А если б вы знали, что за человек этот Антон Николаич!.. Понимаете ли, Антон Фадеев… Если бы вы знали, какое он мне сделал одолжение!..

ФАДЕЕВ. Пожалуйста, замолчите!.. Ну, что за одолжение?

МАРФА СЕМЕНОВНА и ЛЮБУШКА. Какое? Какое?..

МОРДАШОВ. Молчу! Молчу! Нет, так, ничего… решительно ничего… (Фадееву.) Скажи, пожалуйста, у тебя по контракту нанята квартира?

ФАДЕЕВ. Нет, не по контракту.

МОРДАШОВ. Бесподобно. Переезжай с квартиры! Завтра же переезжай с квартиры!

ЛЮБУШКА. Как, папенька, вы не хотите, чтоб Антон Николаич жил против нас?

МОРДАШОВ. Не хочу!.. Я хочу, чтоб он жил с нами… (В сторону.) Отсюда уж он не улизнет от меня.

ФАДЕЕВ. Как? Вы хотите, чтобы я к вам переехал?

МОРДАШОВ. Непременно! Всенепременно!.. Ты будешь у нас жить!.. Будешь у нас и есть и пить!.. Я тебе отведу особую комнату… на черный дворик… Отопление: и освещение тебе будет готовое… (Марфе Семеновне.)

МАРФА СЕМЕНОВНА. Помилуй, это не годится…

МОРДАШОВ. Не спорь, пожалуйста, со мной. (В сторону.)

МАРФА СЕМЕНОВНА. Но, послушай, Иван Андреич…

МОРДАШОВ. Ни слова! Я так хочу! Слышишь, я так хочу!

ФАДЕЕВ (перемигиваясь с Любушкой). Если уж вам так угодно… Извольте, я с удовольствием, согласен.

ЛЮБУШКА (в сторону). Ах, какое счастие!.. Не понимаю, что сделалось с папенькой.

МОРДАШОВ. Ну, так нечего и медлить… Переезжай хоть сегодня… а потом… Ах, постой, я и забыл, совершенно забыл… ты женат?

ФАДЕЕВ. Нет.