Мелкий-то – совсем не дурак! Незамедлительно согласно закивал и показал мне большой палец. Мол, здорово ты отгадал загадку. И тут же повернулся вновь к окну, присматривать за гулями.
Да и я, вдохновленный открытием, немного попрыгав и побегав от счастья по всему чердаку, вновь замер возле одного из окон. Постоял, покривился, словно пилюлю горькую съел. А ведь Санёк прав: толку с моей отгадки – ноль! И чего, спрашивается, радоваться и веселиться? Ну, сидел тут порой колдун, ну чудил своей магией, не выходя наружу, наводя на принадлежащие ему здания нужные чары защиты, прочности, антикоррозии и прочего, прочего, прочего… Ну, может, ещё какие виртуальные связи между зданиями настраивал, или подземные ходы между ними планировал проложить. Какой-то другой причины для этакого масштабного пейзажа и очень больной психически человек не придумал бы.
Наверное… Потому что я – придумал. И сам на себя обиделся:
«С чего это я – больной? Я сообразительный, талантливый и…» – хороших эпитетов я знал много. Но гениальная идея в голове – это ещё не значит воплощение её на практике. Для этого следовало ещё несколько планов действия придумать. Вот этим я и занялся в последующий час.
Не сразу придумал, а чуть ли не специально ударившись пару раз о дубовые стропила. Было больно, но это помогло, – соображать стал лучше.
Начал с того, что выбрал самый удалённый и чуть ли не самый маленький сарай, точнее говоря, соответствующий ему кубик. Тот находился в стороне и полностью был прикрыт со стороны двора башней, а потом ещё и конюшнями. Мне самому он из крайнего окна виднелся лишь небольшим кусочком, самым уголком. Прятаться в нём гулю или кому-то еще смысла не было: далеко и дома нашего оттуда не видно. Это было для меня основополагающим фактором.
Вначале я направил бинокль на виднеющийся краешек, а потом метнулся к кубику и с немалой натугой всё-таки постарался его сдвинуть в нужную мне сторону. С трудом, но мне это удалось сантиметра на три. После чего бегом к биноклю и… не в силах сдержать радости, восклицаю:
– Пошла! Пошла, родимая! – потому что угол сарая выдвинулся в том же направлении по плану, чуть ли не на полметра. – Уф! Теперь вторая часть, топографическая!
И я бросился к окну, через которое просматривались девять гулей. Те, кстати, видимо, устали, потому что семеро сидели кружком и дремали, а пара – нагло пялилась на наш дом. И я стал замерять то место, где они сидели. На плане оно находилось как раз под завалом из вещей. Убрав их в сторону, я стал наносить на опустевший участок линии карандашом. Так сказать, соотносил азимуты. И в финале девять кружочков, оказавшиеся рядом, вскоре чётко обозначали позицию каждого гуля.
Тут уже Санёк, со скепсисом наблюдавший за моими действиями, не выдержал:
– О, великий командор! О, эпический везунчик! А не пояснишь ли ты мне, представителю твоего народного ополчения, что ты делаешь и что сии кружочки значат в свете предстоящего нам ужина?
– Сам-то понял, что спросил? – отмахнулся я вначале от него, вернувшись к облюбованному макету дальнего сарая и присматриваясь к нему со всех сторон. Неудобная штуковина, жутко! Ухватиться, чтобы поднять, даже мне, с моей, казалось бы, немалой мощью, оказалось невозможно. Даже будь рядом мой близнец, мы бы с этим делом не справились. Так что привлекать тщедушного (пусть и полгода стра-ашно тренировавшегося) пацана мне и в голову не пришло. Но в таком случае что делать? Идея есть, и расчёт верный сделан, а вот с реализацией пупок может развязаться.
И как я ни метался, ничего не получалось, а бредовые идеи насчет носилок или тачки я сразу отбросил. Магу-то было проще: взмахнул своей волшебной палочкой, и макет целой башни взял да и перелетел на выбранное место.
Я не маг, увы… Но у меня оказался очень сообразительный товарищ!
Поделившись с ним своими задумками и связанными с ними сложностями, я развёл руками, а Санёк думал не больше минуты. И всё по одной причине: он не просто верил в существующий вокруг нас мир, он в нём жил уже давно. А потому каждую деталь воспринимал как должное и естественное для бытия. Вот потому и вспомнил о самом очевидном:
– Щит! Ведь он невероятная и легендарная вещь! И ты вспомни про его разницу в массе при разных обстоятельствах или направленности удара. Попробуй как-то связать его инерционное движение с переноской нужного кубика.
Мне ничего не оставалось, как воскликнуть:
– Александр! Ты награждаешься титулом «Эпический гений»! И твоё имя заносится в Хроники миров Осколки! Ура!
Польщённый малец не удержался от самодовольной улыбки:
– Да ладно, обращайся, если что… – Сандер тут же напустил на себя важный вид. – Ток не кричи сильно, гулей разбудишь раньше времени.
