Калошу упрекнул сапог:
– Вонь от тебя слышна повсюду,
Дружить с тобою я не смог, -
С нечистоплотностью дружить не буду.
Калоша отвечает сапогу:
– Видать, добром не платят добродею,
Своим упреком, доложить могу,
Ты оскорбил меня, я сожалею.
Как только ты заходишь в дом,
Танцуешь на ковре, всех развлекаешь,
Но забываешь обо мне, притом
Меня у двери оставляешь.
Когда бы помнил ты, когда бы поминал,
Что в чистоте держу тебя, – наверно,
Ты на меня б истошно не кричал,
Не говорил бы так высокомерно.
Медведь, лиса и волк втроем
Однажды на охоте преуспели,
И вот погожим днем
Вокруг добычи под скалой сидели.
– Послушайте! – сказала в некий час
Лиса, как водится, лукаво, -
Прошу обоих вас,
Друзей, которых уважаю, право:
Пускай достанется добыча эта
Тому, кто старше, старость – честь.
Ему я долю уступлю – с приветом,
Пусть на здоровье ест.
Лиса поведала: имея предков славных,
Живет уже поболее ста лет.
А волк поклялся: равных
По возрасту ёму на свете нет.
Медведь как заревет: на свете
Встречает он лишь пятую весну,
Но не нуждается в совете.
Сидите и молчите, – я начну.
Лиса давай от голода реветь,
А волк – тот воет, вой подобен кличу,
Но тут без лишних слов медведь
Сожрал немедля всю добуду.
Наковальня при свете дня
С молотом заговорила.
Молот сказал: – Без меня,
Без дела ты бы грустила.
Беру железа брусок
И ударяю жестоко,
А ты, что пустой мешок,
Бездействуешь, лежебока.
Наковальня ему в тишине
Ответила просто и честно:
– Подчас тяжело и мне,
Хотя не сдвигаюсь с места.
И что бы ты сделал, друг,
Без твердой моей основы?
С ходу, с налету, вдруг
Нельзя орудовать словом.
Спор их доселе не стих,
Истину время ищет.
А кто из них прав двоих -
Сам разберусь, дружище!
Кручинясь горько древней кроной,
Средь толых пней и черных сучьев,
Деревьям дуб твердил печально:
– Извел наш род топор блескучий.
Он вСех нас вырубит под корень -
Уж не осталось половины…
Ему ответила чинара:
– Нет, не топор во всем повинный.
Он нас не тронул бы… Известно,
При всем уменье и сноровке,
Без топорища, что из дерева, -
Топор валялся бы в.кладовке…
Мор золотушный взял лес в оборот -
Чуть не повымер звериный род.
Мертвых кругом было не сосчитать.
Стало зверье с перепугу кричать:
– Слышишь ли нас ты, всевышний творец,
Скоро придет нам всем страшный конец…
Лев тогда начал зверей утешать:
– Родичи, милые, дайте сказать.
Знать, прогневили мы бога царя
Солнце от нас отвернулось не зря.
Наша беда, вы поверьте уж мне,
Явно по нашей свершилась вине.
Каждый признается пусть о грехе -
Даже о малом любом пустяке,
Каждый пусть скажет, в чем он виноват -
Бог покаянию будет лишь рад.
Ясно, что мор – наказанье за грех.
Бог призывает покаяться всех.
Пусть же из нас самый грешный себя
В жертву отдаст – такова, знать, судьба.
Может, тогда милосерднейший бог
Гнев отведет и зачтет нам урок.
Я ведь и сам грешен, братья мои, -
Лапы и морда в овечьей крови.
Хором завыла лесная братва:
– Этой хулы мы не примем слова.
Царь, ты нарочно себя не черни.
Милость твоя да продлит наши дни.
Если ж с овечками грех твой и есть,
Этим безмозглым – ты делаешь честь!
Было и с нами такое, поверь, -
В пору голодную портится зверь.
Что же за грех, ты скажи нам тогда, -
Если ягненка загрызть иногда?!
Все это время вол скромно молчал.
Глянув на солнце, он вдруг промычал:
– Бог в том свидетель, однажды со мной
Грех приключился буранной порой -
Так отощал я без сена, друзья,
Думал, что сгину от голода я.
Долго кружился я возле стожка,
Душу мне мучила совесть-тоска.
Стог был священника. Трижды грешно
Сено такое мне красть было, но…
Вырвал сенца я пахучий клочок…
Тут же пустился, друзья, наутек!
Звери, очнувшись, завыли кругом:
– Грех троекратный в поступке твоем!
Как ты посмел тронуть чей-то запас?
Нету прощенья тебе среди нас.
Тут же вола повалили гурьбой -
Рвали на части, рыча меж собой.
Добрый и смирный – известный уж факт
В мире всегда без вины виноват.
Голодный год косил зверей.
Мать отрекалась от детей.
Напал на землю мор и глад.
И выли звери -стар и млад.
Тогда премудрый лев скорей
Созвал к себе на пир зверей.
Накрыл для братьев щедрый стол
Он знал в хорошей пище толк!
И звери вмиг сбежались в дом,
Расселись чинно за столом.
И, вкусной радуясь еде,
Забыли звери о беде.
Но как-то так случилось вдруг -
Лисица, заяц я барсук
Остались, вроде, не у дел…
Народ звериный пил и ел!
Троих никто не замечал -
Никто к столу не приглашал.
Мол, опоздали, нету мест,
А стоя кто же в доме ест?
Лиса промолвила тогда:
– Какая жирная еда?
Потом добавила:-Друзья,
На нас обидется родня,
Коль мы покинем щедрый дом -
Назад голодными уйдем.
К тому ж свободные места
Остались, видно, неспроста -
К столу мы сядем в самый раз.
Но погрозил лисице барс:
– Кума, уйми свою слюну.
Ведь предназначен стол слону.
Он скоро явится сюда -
Не видишь, ждет его еда.
Слон, крупнолапый, всех сильней.
При нем не заводи речей -
Уж лучше помолчи, лиса,
Спрячь завидущие глаза,
И душу не вводи во грех -
Не то вас слон раздавит всех.
Коль не хотите стоя есть,
Где вас не приглашают сесть,