Запомните одну вещь: все незавершенное сохраняется в уме на веки вечные, все завершенное — отпадает. Потому что ум имеет тенденцию нести в себе незавершенности, в надежде что однажды, может быть, представится возможность их завершить. Вы по-прежнему ждете, что жена вернется, или муж вернется, или те ушедшие времена — вы по-прежнему ждете. Вы не трансцендировали прошлое, не шагнули за его пределы.
Из-за перегруженности прошлым вы не можете жить в настоящем. Ваше настоящее сминается, комкается прошлым, и ваше будущее будет таким же, потому что груз прошлого будет расти и расти. С каждым днем оно становится все тяжелее и тяжелее.
Когда вы действительно принимаете, в этом состоянии таковости нет недовольства, и вы не беспомощны. Просто вы понимаете: такова природа вещей. Например, если я захочу выйти из этой комнаты, я выйду через дверь, не через стену, потому что пытаться пройти через стену все равно что просто биться в нее головой; это просто глупость. Такова природа стены — препятствовать, так что не пытайтесь пройти сквозь нее! Такова природа двери, что вы проходите через нее — потому как дверь пуста, вы можете пройти через нее.
Когда Будда принимает, он принимает стену как стену и дверь как дверь. Он проходит через дверь, он говорит, что это единственный путь. Сначала вы пытаетесь пройти через стену, и вы наносите себе раны, миллионы ран. А когда вы не можете выбраться — сломленные, побежденные, подавленные, поверженные, — тогда вы ползете к двери. Вы могли с самого начала выйти в дверь. Зачем вы пытались победить стену?
Если вы сможете смотреть на вещи с ясностью, вы не станете совершать подобных попыток: пройти сквозь стену вместо двери. Если любовь исчезает, она исчезла! Теперь на ее месте стена — не пытайтесь пройти сквозь нее. Теперь двери больше нет, сердца больше нет, сердце открылось кому-то другому. И вы здесь не одни, есть также и другие.
Эта дверь больше не открыта для вас, она стала стеной. Не пытайтесь, не бейтесь в нее головой. Вы напрасно поранитесь. А когда вы ранены, побеждены, даже открытая дверь покажется нехороша.
Просто посмотрите на вещи. Если нечто естественно, не пытайтесь навесить на это что-либо неестественное. Выберите дверь, выйдите в нее и будьте свободны.
Насколько я вижу, в каждом человеческом существе есть глубокая способность быть божественным. Человек может развивать или не развивать эту способность: человек может стать в ней художником и достичь мастерства, а может оставить ее неразвитой и неотшлифованной. Она похожа на камень, но стоит приложить немного труда — и она станет красивой статуей. Эта способность является потенциалом каждого, но очень немногие развивают ее, а она не может развиться сама собой.
Каждый рождается с этой способностью, но миллионы людей никогда ее не используют, и она становится меньше и меньше; она остается семенем и никогда не пускает ростков. Нужно лишь немного потрудиться, а отдача будет огромная, польза будет огромная. И нет большего таланта, чем этот. Человек может быть поэтом, — но в жизни поэта красивы лишь несколько секунд, все остальное время он ползает по земле, как и все остальные. Человек может быть художником, — но в его жизни лишь на несколько мгновений, редких и разрозненных, открываются проблески неизвестного. Они приходят и уходят; они не длятся. И художник снова возвращается на землю — еще более несчастный, чем когда-либо.
В этом заключается страдание великих людей искусства: у них есть с чем сравнить. Они познали несколько мгновений, когда они не принадлежали этому миру. Они познали несколько мгновений, когда они принадлежали миру звезд. Они познали несколько мгновений, когда они переживали глубину и высоту, когда они расширялись… когда все было абсолютно иным, когда все было благословением. А потом они снова и снова падают. Они не знают, что делать. Вернувшись на землю, они еще более несчастны, и их тьма гораздо глубже.
Если вы знаете несколько моментов счастья, ваше несчастье становится еще более пронзительным; вы можете сравнивать. Все великие люди искусства переживают моменты того, что я называю божественным. Их жизнь похожа на кошмарный сон; они живут в страдании, у самой грани безумия.
Так что все наши таланты — частичные таланты. Есть только один талант, полный и всецелый, и это талант к божественности. Если вы его немного разовьете, он останется с вами. И тогда, что бы вы ни делали, он всегда при вас: безмолвный, он окружает вас как тень, поглощает вас… следует за вами, как сияние. Он становится вашей золотой аурой.
