Справедливо мнение исследователей, которые отмечали, что предки готов употребляли слово гот «в форме Guten для обозначения самих себя из желания выразить сознание своей храбрости и коллективной силы», то есть орды. Это выражение восходит к древнетюркскому кут — гут — гот (жизненная сила, дух) или к еще более древнему годха — гот (ящерица).
Один из древнейших тюркских эпосов «Ай-Хуучин» повествует о конфликте готов (народ ящериц) с соседями. Там достаточно подробно, хотя и в мифологизированной форме, рассказывается не только о культуре Алтая, но и о конфликтах, которые бывали среди тюрков. После одной такой кровопролитной ссоры готы ушли с Алтая на Запад.
С некоторых пор готов на Западе причисляют к германским племенам, не вдаваясь в детали родословной самих германцев. Это теперь едва ли не традиция. Между тем и Аммиан Марцеллин (VI век), и Зосим (V — начало VI века), и Патрикий Траян (VIII век) относили их к скифам. А Феофилакт Симокатта (VII век) писал о скифе, родное племя которого гунны. Выходит, раннесредневековые авторы не делили скифов, готов и гуннов на разные народы. Феофан Исповедник (VIII — начало IX века) напоминал, гунны — это тюрки. А Агафий (VI век) относил к роду гуннов и бургундов. Прокопий (VI век) называл бургундов германцами… Редкое единодушие древних, которым пренебрегли потомки.
Попытки же современных исследователей «внести ясность» в этот вопрос привели к окончательной путанице. В результате готы отнесены к германским племенам, и появились славянские «народы», тюркское происхождение которых в Средние века не вызывало сомнений. Например, болгары и сербы (даки — черногорцы), их все средневековые авторы относили к тюркам (гуннам), ныне же они именуются славянами.
Подобная путаница создана искусственно, о том убедительно пишет К. Иностранцев. Разбирая историю гуннов, он очень точно объясняет их «исчезновение» на исторической сцене: «Имя Гуннов совсем исчезло, как это обыкновенно бывает у татар (тюрков. — М. А.), у которых орда, достигшая власти, всегда дает свое имя всему народу… Подобные превращения одного народа в другой встречаются там сплошь и рядом. Не зная этого обычая, совершенно нельзя понять истории этих народов. Тогда придется согласиться с тем, что в какие-нибудь 10 лет народ, занимавший большое пространство, был стерт с лица земли, а на его место водворился новый, до тех пор совершенно неизвестный».
Это ценное наблюдение рассеивает многие несуразности, сознательно внесенные в историю тюрков.
