Так вот, отбив самую мощную атаку, на которую был способен Анжело, мастер Хейден применил на себя этот образ, в корне извратив его. Вместо прекрасных крыльев из его спины торчали всего лишь их кости, глаза не источали свет – из них клубился чёрный дым, а его тело было окружено темной аурой. В единый миг Хейден насадил Анжело на огромное копье, сотканное из Тьмы. Он воспарил к поверженному противнику, после чего из его рук выдвинулись тёмные клинки, которыми он разорвал грудь Анжело и нанёс 5 длинных разрезов на его тело. Таким образом, раны на теле жреца изображали символ их веры – тянущаяся из неба к человеку Длань Господня.
После слов Хейдена:”Будь благословлён, сын мой”, из рядов зрителей на арену выпрыгнул Бесстрашный Фаджет, обрушив свой чудовищный молот на тёмного мастера. Но Хейден словно бы ждал этого и легко ушёл от удара. Магистр Фарамонд мог остановить бой, но не стал. Он не остановил его и после того, когда тёмный маг схватил паладина за горло и поднял над ареной. Как бы ни был силен Фаджет, Хейдену он неровня. Наставник темной магии на глазах у всех вырвал саму душу из тела святого воителя, после чего отправил её прямиком в царство мёртвых. Всё это сопровождалось душераздирающим злобным смехом. ЛордАнжело был все это время жив. Истекая кровью, он наблюдал за происходящим, не в состоянии пошевелиться.
Вот такую вот историю за обедом рассказали мне ребята. Пока они говорили, постоянно перебивая друг друга и поправляя, я наслаждался своей едой. Мясо было изумительно, а салат из свежих огурцов, помидоров и маслин, в который добавили удивительный на вкус козий сыр, просто сразил меня наповал. И это я взял первый попавшийся на глаз! Обязательно надо будет попробовать всё, что лежит на том столе…
Всё же история подошла к концу и у меня накопилось много вопросов:
– Так чем всё закончилось? У Анжело такое отношение к мастеру Хейдену из-за того, что он опозорил их двоих на арене? – поинтересовался я.
– Ты что не понял? – удивился Байден, тот самый парень, что не так давно пожимал мне руку. –Хейден убил Бесстрашного Фаджета!
– А как же целители? – не мог понять я.
– Так им запретили его воскрешать! –сказала одна из девушек. – Да и вряд ли бы они смогли.
Как оказалось, само поле битвы на арене окружает непроницаемый барьер от зрителей. Только вот действует он в одну сторону. Попасть в него можно, а вот выйти уже никак. Это сделано для того, чтобы обезопасить зрителей от всей той разрушительной магии, что используют сражающиеся. До того дня никто и не думал, что кому-то придёт в голову броситься на всех парах прям на поле боя. Этим Фаджет нарушил один из законов арены. Хейден запретил целителям воскрешать нахала, сказав, что если бой с Анжело и был просто представлением, то Фаджет воспользовался ситуацией и собирался убить его. Более того, он заслал душу покусившегося на его жизнь так далеко, что даже он сам не сможет её достать. Удивительно, но магистр Фарамонд поддержал его, и назвал недопустимым такое поведение со стороны священнослужителей. Последние были обозлены до самой глубины души, но поделать ничего не могли. Впоследствии они отправили Андреа, более умного и сдержанного паладина.
– Ну, убил бы Хейдена Фаджет, его что, оживить не смогли бы, что ли? – удивился я. – И неужели Фаджета не воскресили только из-за нарушения правил?
Мой вопрос вызвал улыбки у моих собеседников. Наклонившись ко мне поближе, Байден прошептал:
– Конечно, могли бы, но такого развития сюжета никому не надо было. Как бы там ни было, а Священные Земли являются потенциально самыми опасными соперниками королевства, и лишить их одного из самых сильных воинов благодаря простому своду правил – таким нельзя было не воспользоваться.
Вот значит, как оно. Необъявленная война, в которой все методы хороши. Что ж, надо это учесть. А мастер Хейден, надо признать, и правда– великий маг. С лёгкостью расправился со жрецом и паладином в одиночку. Теперь понятно, почему ко мне был такой интерес – если я действительно могу стать сильным воином, или магом, обе стороны заинтересованы, чтобы я был на их стороне.
Я поблагодарил ребят за прекрасный рассказ и спросил их совета, что такого мне можно было вынести бедняге Кике, чем вызвал их огромное удивление и смех. То, что у меня уже есть свой прислужник, они ещё могли понять, но почему я должен кормить его – вот это для них было что-то из ряда вон выходящее. Как оказалось, у гоблинов есть пусть и не такая огромная столовая, но вполне приличное здание, где они точно так же питаются трижды в день, и чего-чего, а еды там хватает. И ну никак в академии высшего волшебства Мелония ни один из её жителей, будь то хоть крестьянин, хоть гоблин или любое другоесущество, никто из них никогда не питался и не будет питаться на улице объедками. Разве что по своей воле.
