— Э, нет, — возразил леший. — Такие важные волшебные предметы наспех не создаются. Не каждое дерево подойдет для этого. К тому же оно должно добровольно отдать часть себя, так что время надобно мне. Но пока вы с Отрадою царевну разыщете, я управлюсь.
Мы с кикиморой синхронно вздохнули и злобно друг на друга посмотрели. Да уж. Веселенькое предстоит путешествие!
— Но утро вечера мудренее, — мягко сказал лесной хозяин. — Давайте отдохнем, а завтра пораньше отправитесь.
***
Отдыхать нас с Рябой Жизномир отвел в небольшую хижинку в лесу. Никаких куриных лап и тому подобных проявлений чего-то необычного. Обычный домик. При том создалось впечатление, что здесь никто не живет. Печь не топлена, хозяйских вещей я не заметила. И действительно, это оказался гостевой домик.
Я была рада, что могу вытянуться на мягкой перине, перед этим отведав еще пирогов. Да-да, Яга предупреждала, что походная версия самобранки выдает именно их, но я думала, старуха упомянула их образно, но нет. Пришлось выкручиваться и выдумывать начинки посложнее, ведь уж на них самобранка не скупилась. Особенно удались те, которые с клубничным вареньем, его я обожаю в любо виде. А уж с травяным чаем, который заварил нам хозяин леса перед тем, как оставить нас с курицей вдвоем в домике, — за уши не оторвать.
Ряба все это время была молчалива донельзя. Даже скорее пребывала в каком-то ступоре. Но постепенно птичка ожила.
А утром и вовсе разбудила меня, запрыгнув на грудь. Я еще не до конца отошла от пробуждения с вороном на грудной клетке, целящимся, как мне показалось, в глаз, а потому со сна заорала. Криком Рябу отбросило к противоположной стене. Нет, нет, никакого волшебства, просто курица сама испугалась. Да, после такого «доброго утречка» можно и заикой остаться.
— Могу я тебя попросить больше так не делать? Не надо запрыгивать на меня, когда я сплю, — недовольно пробурчала.
Ряба выглядела слегка обескураженной, но согласилась впредь будить меня исключительно нежно и бережно.
Только мы позавтракали, как на порог явился леший. Сегодня он выглядел совершенно иначе. Статный мужчина, даже можно сказать — великан, с роскошными длинными каштановыми локонами до лопаток. И все же я поняла, что это именно наш хозяин. Чем-то от него веяло таким… Даже не могла сказать, чем именно, но сразу его узнала.
Под его наставления мы вышли из хатки. Рядом уже стояла кикимора. Она выглядела так же, как и ночью, разве что платье на ней было сухое и чистое. Уж не знаю, какое она надевала вчера, но, ползая по лесным топям, вряд ли можно остаться опрятной. Я растерянно взглянула на свою одежду, ожидая увидеть бурые разводы на льняной юбке, но она тоже оказалась белоснежной. Чудеса да и только! Когда Отрада взглянула на меня, я невольно сделала шаг назад. В темноте я этого не видела, но теперь ее огромные глаза буквально искрились зеленью. Как будто она могла бы ими освещать путь в темноте. Кто знает, может, огоньки на болотах — это и есть ее глаза? При условии, если она может включать и отключать свои «фары», потому что вчера, когда я на нее смотрела вблизи, ничего такого не заметила.
— Отрада! — строго глянул леший на дочь. — Пожми руку Ярославе!
Она надула тонкие зеленоватые губы, но все же подошла ко мне ближе и протянула кисть.
Я недоверчиво глянула на великана, тот удовлетворенно кивнул, тогда я протянула ладонь в ответ. Ее прикосновение вышло прохладным. Интересно, она живая или мертвая? В любом случае хотелось тут же отдернуть кисть и вытереть ее о ткань платья. Но я с честью выдержала это испытание, как и зрительный контакт. Не отвернулась, пока Леший не нарушил несколько напряженное молчание.
— Ну, полно, теперь Отрада уж точно не сможет причинить тебе никакого вреда, вы скрепили узы дружбы.
— А что, могла?! — вырвалось у меня.
Я зло глянула на Жизномира. Ну, он дает! Отправлять со мной такую «помощницу»!
Хозяин леса лишь неопределенно качнул головой, подошел к кикиморе и, взяв ее за плечи, наклонился и поцеловал в лоб.
— Иди с миром, дочка. Но помни мой наказ!
Зеленая нечисть лишь смиренно кивнула и опустила глаза, но как только отец отвернулся, тут же недовольно закатила их.
Ряба вообще сторонилась нашей новой провожатой. Курица оказалась рада такому обществу еще меньше, чем я. Оно-то и понятно, это не меня вчера чуть не утопили. Хотя и я была близка к статусу жертвы.
Ох, и «весело» ж нам будет! Очень удивлюсь, если мы друг друга не поубиваем еще до выхода из леса.
***
Сначала шли в молчании. Ряба немного прогулялась самостоятельно и снова взгромоздилась мне на плечо, как попугай. Хорошо еще, что она несушка, а не бройлерная, иначе идти оказалось бы значительно тяжелее. Отрада двигалась чуть впереди, указывая путь. Перед ней как будто расступалась трава и корни деревьев, образовывая тропинку, хотя только что ее здесь не было. Но это происходило так незаметно, что я поняла это, только когда кикимора резко свернула. На том месте, где только что росли плохо проходимые низкие и густые колючие кустарники, образовался проход.
— Ого! — удивилась я. — Как ты это делаешь?