Я поискала глазами в толпе, у кого ещё можно спросить дорогу. Люди спешили на работу, торопливо неслись по тротуару. Я обнаружила неспешно вышагивающего солидного дедка в очках и строгом пальто. Явно профессор какой-то. Или даже охранник в торговом центре.
– Извините, – обратилась я к нему, невежливо отвернувшись от сумасшедшей женщины, – вы не подскажете, как мне пройти в «Пятёрочку»? Что-то из памяти совсем выбило, не узнаю дорогу.
– Это бывает, – чинно кивнул дедок и внимательно осмотрел меня свозь очки. – Вы, главное, не расстраивайтесь, женщина. А «Пятёрочки» здесь нету. Я в городе всё знаю. А об этом и не слышал даже. Что это за предприятие такое?
Я аж зависла. Да ладно! Ещё один сумасшедший?
Невероятно! Если на квадратный метр тебе встречается один сумасшедший – это случайность. Если их уже двое – это закономерность. Или же с тобой что-то не так и сейчас именно ты воспринимаешь всё неадекватно.
– Извините, – упавшим голосом сказала я, мечтая провалиться сквозь землю, – я, пожалуй, пойду.
– Да вы не переживайте! – дедок проявил тактичность. – Иногда так бывает.
– А я и говорю, надо заряженную воду пить! – вклинилась давешняя женщина, что сейчас, вытянув шею, чутко прислушивалась к нашему разговору.
– А вы что, не пьете разве? – удивился дедок и укоризненно заметил. – Все пьют.
Я пожала плечами.
Очевидно, расценив мой жест как капитуляцию, строгий дедок посоветовал:
– А вы тогда свежую газету вон в «Союзпечати» возьмите, её тоже Чумак зарядил. И приложите ко лбу. Сразу всё и вспомните.
Я шарахнулась в сторону от этих идиотов.
На фиг, на фиг! Подальше отсюда!
Может, ретроградный Меркурий сегодня активизировался, вот больные на голову все и вылезли. Хотя у меня вроде как тоже с головой не всё в порядке. Пора это признать.
Я почти бежала по улице, оставив сумасшедших далеко позади. Вконец запыхавшись, я смахнула пот со лба – вроде расстояние я отбежала приличное, эти не догонят.
Нет, так бегать в моём возрасте уже чревато. Сердце застучало как отбойный молоток. Я опустила сумку на землю и принялась вытирать взопревший лоб. А вообще, подзапустила я себя: лишний вес, больное сердце, одышка. Наши девчата ходят на фитнес, но для меня дорого, нужно же ипотеку платить. Из-за неё, кстати, мне пришлось идти на подработку в чёртову «Пятёрочку» – пенсии не хватало.
Да я, дурочка, сама виновата. И ведь говорили мне – никогда нельзя подстраиваться под детей. А я решила, что раз воспитала сына правильно, то буду жить с ним как за каменной стеной. Поэтому повелась на просьбы невестки и, когда вышла на пенсию, продала свою трёшку и все деньги отдала сыну – он дом достраивал. Немного не хватало, так ипотеку решили оформить на меня – тогда процент лучше. Но платили, конечно, сын с невесткой. Я сразу переехала к ним в город, жили нормально в новом доме. Даже, можно сказать, прекрасно. Молодёжь работала, а я старалась невестке помогать, взяла на себя полностью уборку-готовку. Завела небольшой огородик, парнички. Да и с внуками сидела с удовольствием, особенно когда в детском саду все повально грипповать начинали. Думала, что так и доживу свой век – в комфорте и покое. Кто ж знал, что мой Пашка попадёт в аварию. Для матери ничего нет страшнее, чем потерять сына.
Я смахнула слезинку. До сих пор никак не привыкну.
В общем, похоронили мы его. Всё как полагается. Жили потом все вместе, где-то года полтора. А потом невестка сообщила, что выходит замуж, муж гораздо моложе, берёт её с детьми, но условие поставил, чтобы чужой тётки в доме не было. У него, мол, своя мать есть. А я могу быть свободна.
Вот так вот.
Да нет, денег невестка мне предлагала вернуть, правда частично, но отрывать эти деньги от внучат, сиротинушек моих, единственную память о сыне, у меня рука не поднялась.
Так и пришлось устраиваться в «Пятёрочку» – ипотека-то осталась. Вроде и немного уже, но с моей пенсией так почти всё отдавать нужно. Сейчас я снимаю угол у одной хорошей женщины. У неё была трёхкомнатная квартира, и две комнаты она сдавала. В одной жила семья откуда-то из Азии, хорошие люди, только громкие очень и как начнут жарить свой плов на кухне – не продохнёшь. Но ничего, привыкли, куда деваться. А со мной в комнате снимали койки ещё две женщины, молодые, лет по сорок пять, одна из Молдавии, вторая из какой-то деревни аж из-за Урала. Но ничего, как-то тоже помалу притёрлись. Так и жили потихоньку…
Мои мысли прервал окрик:
– Женщина, подождите!
Меня догонял давешний строгий дедок.
Я чуть не шарахнулась от неожиданности.
– Быстро вы ходите, – неодобрительно попенял дедок, поравнявшись со мной, – еле догнал вас.
Он снял очки и протёр их большим клетчатым платком, потом же туда и высморкался, затем надел очки обратно и укоризненно взглянул на меня через стёкла.
– На работу опаздываю, – пояснила я, хотя мимолётно стало стыдновато за своё трусливое поведение.
– Так, давайте-ка по порядку, – непреклонным тоном потребовал дедок и нахмурился. – Где находится ваше предприятие, я не знаю. Но вы хоть улицу вспомнить можете? Сейчас по названию улицы и найдём.
