Бабаза ру полностью

И зачем я убежала от Кибриса? Поболтали бы, прошлое вспомнили, знакомых помянули, ведь общение с ним наконец-то ничем не чревато и безопасно для меня. Текст его поведения, который когда-то был предметом жадных и мучительных толкований, теперь прост и ясен. Он был неподдельно приветлив, он был рад встретить свою девчонку из восьмидесятых, девчонку, которая любила его и помнит молодым. Зачем я волоком тащу сквозь годы свои жалкие скорби? Стереть, как тряпкой стираешь мызги на столе.

Надо всё-таки уговорить Юру не курить, он так тревожно кашляет.

Смешно, что в числе своих упущений по причине любви я упомянула Джойса. Это не совсем верно, я пыталась его читать. Я Музиля не читала, этого самого «Человека без свойств»… русскому трудно понять, что это такое – человек без свойств. У нас не бывает…

Я смотрела на своё обыкновенное, грубоватое лицо в окне и проникалась – нет, не идеей, а чувством трезвости. Её мироощущением, её атмосферой. Это… что это? ясность, чистота, покой, расчёт. Это я. Это моё тело. Это моё время. Это моя жизнь.

Всем надо распорядиться. Для того чтобы всем распорядиться, следует всё о себе узнать. Начать с самого простого: состояние здоровья. Человек, выкушивающий бутылку водки за вечер, здоров быть не может, в то же время являясь, конечно, богатырём. Завтра же пойду сдаваться врачам, есть же у меня полис… кажется. Вроде бы есть. Дома аппарат для измерения давления где-то валялся. Это скучно, это не поэтично, это не спасёт мир, но человеку следует знать свои ресурсы. Что-то вышло из меня с потоками слёз, излитыми на ржавого конька! Я меняюсь… сижу в электричке и меняюсь. Превращаюсь я!

Вася, Юра, я теперь буду полезна вам… Я знаю, вы любите меня, но я хочу, чтобы вы меня уважали, да, уважали…

Я же могу пойти учиться. Даже в консерваторию, есть консерватория для взрослых у нас в городе, и плату там берут небольшую. Куда хочешь иди – на вокал, на инструменты. Но это потом, сейчас главное – распорядок дня… когда в последний раз у меня был распорядок дня?

Вообще – был когда-нибудь?

Какая моя странная, нелепая жизнь… встану сейчас и крикну: люди! У вас есть распорядок дня?

И тут в вагон зашёл скрипач и стал играть Вивальди.

Когда мама говорила о Римме, её взгляд начинал раскаляться, как спираль старинного электрического обогревателя. Жар маминой души изливался на образ Риммы бурно и свободно, ибо та стала для мамы символом таланта, погубленного роком женской доли. Любимым двойником, потому как мама тоже ощущала в себе заживо похороненный талант – драматической актрисы.

Голос Риммы, меццо-сопрано (природная постановка!), мама считала достойным лучших сцен мира. Отчего Римма не пошла учиться в консерваторию? Оттого, что в техническом вузе была большая стипендия, а семья жила скудно. Почему потом не стала ходить в театры на прослушивания, ведь исключительные голоса могут взять и без образования – в исключительных случаях? Потому что вышла замуж за пьяницу, родился сын, и в гнездо следовало таскать пищу… Римма, сделавшись средним инженером в скучной конторе, выкраивала редкие часы досуга, бегала в оперный кружок дома культуры имени Цюрупы и пела на городских смотрах и фестивалях могучей советской самодеятельности. Концерты на заводах, в школах. Собственно говоря, неплохой вариант самоудовлетворения без вреда для общества. Но мама считала, что Римме надо «пробиваться». Тогда ещё не было телевизионных шоу, где люди с голосами и в самом деле имеют возможность спеть на глазах миллионной аудитории. Пробиваться нашей Римме было решительно некуда. Но – об этом и речь, – ведомая маминой страстью, в юности я немало времени отсидела на Римминых концертах, слушая романсы и арии из опер.

Уютная советская галлюцинация накрывала тогда мой Ленинград кладбищенским снежным покоем.

Римма, тётя Римма, выглядела именно так, как должна была в глазах публики выглядеть оперная певица: она была пышная, высокая и статная. Обладала большими синими глазами. Кроме того, тётя Лариса, аккомпаниатор, сшила ей для выступлений алое бархатное платье. Зрителям наша певица нравилась с ходу. В ней была необходимая убедительность: Римма Дворцевая выходила на сцену именно так, как это делают настоящие дивы. Как делегат классического Царства, наполненная восторгом чистейшей воды – восторгом перед посланием неба, которое она готовилась передать. Была ли у неё действительно природная постановка голоса? Этого я не знаю.