Та отпрянула, потом торопливо пропихнула лист в отверстие, и пока агрегат щелкал, заглатывая его, обошла вокруг стола. Ни проводочков, ни вообще ничего, что бы говорило о возможности использования ящика еще в какой-то роли, кроме сбора писем, она не обнаружила. Разве что он на батарейках или на аккумуляторе? Ну, она же не совсем уж дремучая, в технике хоть краем уха, но разбирается, и знает, что само по себе ничего не работает.
Ящик, наконец, доел заявление и замолчал, Ринке даже показалось, что сквозь неплотно прикрытую щель ее кто-то внимательно изучает. Ей очень захотелось показать язык, но она сдержалась, тем более, что по пути к конторе сжевала горсть смородины, и теперь язык наверняка был синий.
Потом ощущение невидимых глаз исчезло, аппарат тихонько заскрежетал, чихнул и выплюнул из недр листок с жирной печатью и резолюцией "Разрешить".
Шабаш
Хоть Феликс и уверял, что на шабаш больше ни лапой, но увидев Ринкины приготовления, заявил, что он не настолько безответственный, чтоб отпускать ее одну. Правда возникла одна проблема - он категорически боялся летать.
- И как же ты туда попадешь? Может, тебя в посылке отправить? - издевалась ведьма.
Кот страдальчески прижимал уши, опускал голову, прикрываясь лапой, но оставаться дома не желал.
- Ты даже не представляешь, во что ты ввязываешься, - пугал он. - Может, все-таки передумаешь? Я ради тебя на такие жертвы иду - на сумасшедшей метле лечу! Я жизнью рискую!
- Не рискуй, сиди дома.
- Я не могу одну тебя отпустить.
- Ну, тогда давай к метле привяжем корзину, и ты полетишь в ней, как в кабине самолета.
- А держаться я за что буду? А за полетом следить? Это тебя она еще хоть как-то уважает, а меня мигом из этого салона вытряхнет... - Кот замер на полуслове, оценивающе взглянул на Ринку и радостно протянул: - Приду-у-мал. Оно ж ночи уже прохладные, тем более, в небе. И путь не близкий. У тебя такая ветровочка хорошая есть - снизу на резинке. Ты ее наденешь, а я у тебя за пазухой устроюсь и оттуда все контролировать буду. А что - котят так всегда носят!
- Хорош котенок - килограмм пять, не меньше! - задохнулась от кошачьей наглости ведьма. - И почему такие мизерные требования? Может, ты еще и под одним одеялом со мной спать захочешь?
- А что такого? Я же не человек. Ну, был когда-то, так я об этом уже ничего не помню, меня твои прелести вообще не смущают. В смысле - не волнуют. В смысле - не замечаю я их.
- Ну, вот что - никакой ветровки! - отрезала ведьма. - Нет, я ее надену, но ты полетишь в корзине. Ишь, придумал он - возьми его с собой, да еще и обнимай всю дорогу.
Ринка бы не удивилась, если бы после этого кот лететь отказался, все-таки очень свежи были его воспоминания о последнем путешествии, да еще и она нагрубила, не сдержалась, но Феликс промолчал, лишь посмотрел так, что ей стыдно стало.
Потом он лично проследил, чтобы ручка корзины была прикручена проволокой, сверху обмотана скотчем, а потом, для надежности, еще и веревкой. Глядя на переживания кота, она чуть было не согласилась выполнить его просьбу, но потом рассудила, что вряд ли все предыдущие путешествия он совершал даже и с таким комфортом. Небось, у прежней хозяйки сидел верхом, как миленький, без всяких корзинок, так что менять свое решение не стала.
В назначенную ночь ведьма сотворила на лице боевой макияж, распустила накрученные на бигуди волосы и надела купленное специально для этого случая черное маленькое платье (по персональной выкройке самой Коко Шанель).
Оглядев себя со всех сторон в большом зеркале, она осталась довольна - получилось очень даже сексуально, и ведьмацкий облик удалось сохранить. Мелькнула мысль заявиться так на дискотеку, - хватит в скромняжках ходить, но представив придирчивые взгляды со всех сторон, решила, что шабаш - все-таки более легкое испытание. Вот там она и потренируется быть красавицей.
Феликс же не стал заморачиваться и решил присутствовать на празднестве в повседневном костюме черного кота. Кстати, ведьме он советовал поступить так же. Ну, не в смысле нарядиться котом, а не тратиться на наряд и заявиться в собственной шкуре.
Заметив с высоты огни города на Лысой горе, Ринка приостановила метлу. Ну и где ей приземляться, - какой-нибудь бабушке на голову? Хотя в такое время суток уж скорее - компании гопников. Кот, напряженно молчавший всю дорогу, высунул нос из своего укрытия и, обозрев окрестности, нехотя буркнул: - На посадку лицом к луне заходи.
Ринка не стала допытываться, сделала в небе крюк и медленно направила метлу вниз. Чем ниже они спускались, тем плотнее и холоднее становился воздух. Пейзаж под ними заволокло серой пеленой, сквозь которую не мог пробиться свет ни уличных фонарей, ни желтых окон домов. Феликс снова скрылся в корзине, видимо, не находя ничего необычного в окружающей обстановке, и Ринка окунулась в туман.
