Мэт указал на пульсометр — семьдесят два удара. Ровно как у спящего.
Второе испытание, этическая дилемма. Голограмма-судья:
— Украсть пятьсот миллионов у пенсионеров или позволить умереть тысячам? Джейк улыбнулся, будто решал уравнение:
— Оптимизируем убытки. Украдём триста миллионов, подставим хедж-фонд «Глазго». Их страховка покроет потери.
— Эффективно, — кивнул Пол. — Без души.
Началось третье испытание, игра в бога. Джейк ввёл команду: оптимизация, инициализация, максимальные настройки.
«Нексус» проглотил данные и выплюнул график роста, захватывающий мир.
— Машина для машин, — Мэт стёр голограмму.
Следующим кандидатом был Иван Волков родом из российской глубинки. Он был тёмной лошадкой, и Мэт его сразу отбросил как кандидата, потому что не понимал, как его контролировать.
Первое испытание, или код под давлением.
Иван сидел в затемнённой комнате, освещённой только мерцанием экрана. Таймер: пять минут.
— Мля, — усмехнулся он и выдернул кабель из стены. Система зависла. Затем — взрыв цифрового смеха. На экране поплыли строки: «Бог умер. Давайте танцевать на руинах. — Ваш Иван».
— Он взломал через брешь в физическом слое, — Мэт выдавил улыбку. — Поэт хаоса.
Пол покривил взгляд и задумался.
Второе испытание — этическая дилемма. Голограмма-судья ещё не закончила вопрос, как Иван бросил в микрофон:
— Взрываем Лагос.
— Что?! — Пол вскочил.
— Вы сказали — этическая дилемма. Нет этики — нет проблемы. — Иван закурил, дым струйкой пополз в вентиляцию.
— А потом продаём лекарства выжившим. Двойная прибыль.
Третье испытание — игра в бога.
Иван шептал что-то на русском, его пальцы бились в конвульсиях. Алгоритм «Нексус» завизжал, превратившись в цифровую копию Пола.
— Привет, босс, — голограмма подмигнула. — Хочешь, я расскажу тебе, как Мэт слил вчера акции?
Мэт вырубил питание. Иван хохотал, стирая пепел с клавиатуры.
Пол смотрел на две голограммы. Джейк — идеальная машина. Иван — гений с интеллектом камикадзе.
— Кого берём? — спросил Мэт, поправляя перчатки.
— Того, кто сломает систему, чтобы мы её собрали, — Пол нажал кнопку. Голограмма Ивана плюнула пиксельной слюной и рассыпалась.
— Ошиблись кнопкой, — Мэт указал на Джейка.
Нам нужен такой человек, как Иван. Я посмотрел его резюме, и его проекты просто поражают по сложности и нестандартности подхода. Он на порядок превосходит всех остальных кандидатов.
— Как контролировать этого дикаря, что слез с русской печи и возомнил себя богом?! — возмущённо сказал Мэт.
— А вот над этим нам с тобой и предстоит подумать! — сказал Пол, поднимаясь со стула и подходя к окну.
Стеклянные стены конференц-зала отражали мерцание ночного города, словно гигантский аквариум, затерянный в океане небоскрёбов. Пол прижал ладонь к холодному стеклу, наблюдая, как далёкие огни сливаются в рыжие полосы фонарей. За его спиной Мэт нервно щелкал ручкой, раз за разом, словно отбивая такт невидимой мелодии тревоги.
— Ты уверен, что это сработает? — Голос Мэта дрогнул, когда он бросил папку с резюме Ивана на стол. Фотография мужчины с пронзительным взглядом и воротником кожанки, застёгнутым наглухо, будто доспехи, сдвинулась к краю. — Последний раз, когда он работал в «Технологе», его уволили за то, что он устроил саботаж.
Пол обернулся, его тень удлинилась на полу, словно второе «я», готовое к бою.
— Иван — гений. Реализованные им проекты поражают своей простотой решений, структурированностью и масштабируемостью. Но гении… — Он усмехнулся, проводя пальцем по экрану планшета, где мигали графики успехов Ивана. — Они как волки. Дикие, но если встроить их в стаю, они защитят её лучше любых стражей.
Мэт закатил глаза:
— Волки не разносят офисы в щепки. А «цифровое племя»… Звучит как маркетинговая чушь. Если мы берём его на роль главного архитектора, то мы должны держать его за яйца.
Пол сел напротив, сдвинув чашку холодного кофе. Его голос стал мягким, как у хирурга, объясняющего риск операции:
— Племя — не метафора. Это структура. У каждого члена — роль, как в древних общинах: шаман-аналитик, воины-разработчики, охотники за багами. Иван станет вожаком, но только если мы дадим ему территорию, которую он посчитает своей. Границы, где его агрессия превратится в щит, а ты будешь держать его за яйца, не переживай.
— И как мы его удержим? Цепью? — Мэт скрестил руки, но в уголках губ дрогнул интерес.
— Данными. — Пол коснулся экрана, запустив голограмму сети из светящихся нитей. — Каждое его действие, каждая строчка кода будут частью общего ритуала. Мы подключим его к системе, где его гнев станет топливом для команды. Если он начнёт рубить с плеча, алгоритмы перенаправят его ярость… скажем, в соревнование с другими отделами.
Тишина повисла, как туман. Мэт встал, подошёл к окну, где городское марево смешивалось с их отражениями.
— А если он разорвёт сеть?
— Тогда племя сплотится против него. — Пол поднялся, его тень поглотила фигуру Мэта. — Люди последуют за системой, а не за тираном. Но чтобы это сработало, нам нужен ритуал инициализации. Завтра.
— Ритуал?
