– Нет, – усмехнулся Кречетов. – Эта история, кстати, в Воронеже произошла. Совсем недавно. В общем, девица там одна со второго этажа сиганула...
– Разбилась? – Притворно ужаснулась я.
Кречетов вскинул левую бровь и посмотрел на меня с нескрываемым интересом.
– Да нет, жива.
– Хорошо... – Я сглотнула и отвела глаза.
– Знаешь, почему она это сделала?
Я отрицательно покачала головой.
– Ее в подарок Сарику Мелкумяну подложили. Слышала о таком?
– Откуда?
– А Мелка знаешь?
– Понятия не имею. Кто эти люди?
– Ну ладно. А с Артуром Шальновым, случайно, не встречалась?
В груди стало тесно. Я откинула волосы и провела ладонью по взмокшей шее.
– Никого я не знаю, – заявила я, потом скрестила ноги и завела их под стул.
– Понятно. Тогда слушай дальше. В общем, подставила она Артура, и пришлось ему свой долг отрабатывать.
– И... как? Отработал? – Едва шевеля языком, спросила я.
– Еще бы... По полной программе!
Я рвано выдохнула.
– Не хочешь узнать, что с ним?
– Зачем? Мне это совсем не интересно.
Кречетов потер подбородок. Я посмотрела на его и снова вздохнула.
– Подойди ко мне, Рита, – Кречетов присел на край стола и поманил меня рукой.
Я ухватилась за подлокотники, ноги стали совершенно ватными.
– Пожалуйста... не надо... – Пробормотала я пересохшими от волнения губами.
Тогда Кречетов отлепился от стола, подошел ко мне и присел на корточки. Обхватив мои бедра ладонями, он провел ими вверх-вниз, а затем просунул руку между моих коленей. Я сжала их с такой силой, что, вероятно, причинила Кречетову вполне ощутимую боль. Но на его лице не дрогнул ни один мускул.
– Тише, тише... – С улыбкой прошептал он. – Я же тебе обещал.
– Все вы... – Я попыталась подняться, но он заставил меня снова сесть.
– У Шальнова в телефоне куча фотографий! Красивые девочки. Юные, хрупкие.
Я задохнулась, в ужасе уставившись на мужчину. Вспомнила, как Артур фотографировал меня у себя на квартире и в городе.
– Как думаешь, будут искать?
– К-кого?
– Того, кто Артурчика пришил?
– Н-наверное...
– Я вот тут подумал, а может, это кто-то из них, из этих девочек, ему нож всадил, а?
– Нож?!
– Да, нож. Обычный кухонный нож.
Я попыталась что-то сказать, но мои губы лишь хватали воздух. Я же точно видела, как Кречетов разрезал коробки с детскими самокатами тем самым ножом, который я сперла с кухни! Это же именно тот нож? Не тот, которым... На нем мои отпечатки! Нет, господи, нет, только не это!
– Михаил Айвазович, чего вы от меня хотите? Для чего вы мне это все говорите? Я ничего не знаю!
– Ничего не знаешь...
– Нет! – По моим щекам потекли крупные слезы.
– Ну, что ты, что ты! – Он провел по моему лицу ладонями, стирая соленую влагу. – Напугал я тебя, да? Бедная девочка... Умная смелая девочка...
Я взглянула в его глаза. Они были совсем близко: темные зрачки то расширялись то сужались. Кажется, я даже видела в них свое отражение.
Прошло несколько секунд, но для меня – целая вечность.
– Рита, мне нужно, чтобы ты сделала для меня кое-что...
Кречетов произнес это так спокойно, что я вдруг поняла: он просит о чем-то совсем другом, не о том, чего я боялась все это время. Вернее, теперь я уже сама не понимала, чего боюсь больше.
– Ты ведь не откажешь мне?
– Что вы хотите? – Я задержала дыхание.
– Просто скажи – да.
Мое лицо все еще было зажато в его ладонях. Но тепло его кожи действовало на меня как ледяной душ. Я застыла, не в силах ответить. Бессмысленно было перебирать варианты, их у меня, судя по всему, просто не было. Я сама лишила себя возможности к отступлению, так что нечего теперь лить слезы... Ах, Илюша, если бы ты только знал, какая я на самом деле идиотка...
– Ну?! – Рявкнул Кречетов, и его щека нервно дернулась.
– Да...
– Вот и славно, – улыбнулся Кречетов и кивнул. – Я знал, что ты меня не подведешь. – Он провел рукой по моим волосам, а затем... поднялся. – Мы сделаем это прямо сейчас. Доля! – крикнул он в сторону двери.
Я обернулась, не понимая, кого он зовет, а когда увидела Дмитрия, сжалась. Что, черт побери, происходит?!
– Все нормально, машина уже приехала. Паркуется. – Дмитрий скользнул по мне нечитаемым взглядом и снова посмотрел на Кречетова.
– Приведи сразу сюда, – велел Кречетов. – И еще, принеси туфли.
– Туфли?
– Да, туфли Риты. Они в холле.
Дмитрий пожал плечами и вышел, а я сцепила пальцы в замок в ожидании того, какой фортель выкинет моя судьба на этот раз.
Он открыл глаза и болезненно зажмурился. Свет на мгновение ослепил, вызвав мурашки по всему телу.
– Очнулись? Ну, вот и славно, – раздался чей-то приятный басок.
Глубоко вдохнув, Илья снова открыл глаза и увидел над собой фигуру в белом халате.
– Черт... где я?
– Я не черт, а вы в палате, голубчик! Вас по скорой к нам доставили.
– А что со мной? – не понял Илья, прислушиваясь к себе.
– Пить надо меньше, батенька. Особенно игристое. Ведь чистый яд, ей-богу! Лучше уж...
– Погодите... – Илья попытался подняться, но на его плечи тут же легли крепкие ладони.