— Боюсь, что ничем хорошим тебя порадовать не могу. Будем надеяться, что отец ничего еще с ней не сделал. Ты же ведь не знаешь, чем занимается твоя сестра, верно?
— Понятия не имею, но надеюсь что она жива, ведь я ее уже месяц как похоронил!
— Это из-за того самолета? Она что-то говорила о том, что должна была в нем лететь, но не хотела, и поэтому сбежала.
— Впервые в жизни я рад что эта несносная девчонка ослушалась, — вздохнул я, но тут же вспомнил о том, что сейчас ей грозит не менее «позитивный» исход.
— Она хорошо питалась этот месяц? Спала? — поинтересовался я, отбросив все мысли о том, что я якобы ее брат в глазах у этого мелкого мальчишки. И чего она с ним связалась, неуж-то на молоденьких потянуло? Дорога казалась бесконечно долгой, сердце выстукивало бешеный ритм, но нужно было держать себя в руках и сохранять здравый рассудок.
— Конечно, хён, я лично за этим следил! — гордо заявил Чонгук, — тем более ее «аппендицит» требует особо трепетного и тщательного ухода, поэтому уверяю, она ела все свежее и только полезное, а еще, очень много спала и почти достаточно гуляла на свежем воздухе. Только вот, нервничать ей нельзя ни в коем случае, иначе в этот раз добром может и не кончится.
— Спасибо что присматривал за ней, но что-то я не очень понял на счет «доброго конца». Во время операции возникли осложнения? — немного недопонял я, — ей не вырезали аппендицит?
— Нет, — хмыкнул парень, — осложнений не возникло, к счастью. О! Отец появился в сети! — снова начав спешно набирать номер, мелкий нервно теребил школьный пиджак. Видимо со школы сразу в больницу направился.
— Хочешь заранее сообщить о прибытии? — фыркнул я.
— Не отвечает, — тяжело вздохнул собеседник.
— Выключи телефон и вытащи батарею, иначе он выследит тебя и сюрприза не получится. Тогда сделаю из тебя отбивную, ведь даже без гадалки я тебе скажу из-за кого она пропала.
— Хён, если избить — поотбиваешь почки, а если просто придушишь, можно будет на органы сдать, — спокойно так, подметил парень.
— Ты в курсе, что только что посоветовал, как лучше тебя убить? — в ответ он кивнул, и со спокойным выражением лица продолжил наблюдать за дорогой, — это будет слишком легко и безболезненно для тебя.
— Тогда можно оставить в сознании при вырезании чего-либо, не думаю что так человек долго продержится. Правда, не факт что сердце останется целым.
— Ты это сейчас серьезно?
— Вполне.
— И так спокойно говоришь об этом? — хмыкнул я, про себя же восхитившись его спокойствием. В таком-то возрасте, так себя вести… либо он считает, что я действительно не представляю для него угрозы, либо это закаленность, которую ему с детства прививали.
— Жизнь у меня такая, — пожал плечами парень.
— Хех, а против родного отца готов пойти?
— Я часто думаю об этом, особенно в последнее время, — мой юный собеседник немного поник, — с детства считал его отцом, но принимал это больше как должное. Всегда боялся ослушаться его, сказать что-то против, всегда беспрекословно все выполнял. Все это было ради того, что бы он похвалил меня или уделил хоть немного времени, да вот только похвала бывала крайне редко, а времени не было и вовсе. Мне не за кого было держаться, но сейчас появилась Нарим, и.… В общем, ради нее я готов ослушаться и пойти против.
Повисла недолгая пауза. Чонгук засмотрелся в окно о чем-то задумавшись, я же следил за дорогой, тоже кое-что обдумывая. Через несколько минут, решил добавить уверенности парню.
— Как только мы спасем Чон… — оговорившись, деловито прокашлялся, якобы и не говорил ничего лишнего вовсе, — Нарим, как только спасем ее, у меня будет интересное предложение для тебя.
В ответ, парень лишь одарил меня заинтересованным взглядом. Остальная часть дороги прошла в тишине. Наконец, добравшись до места, Чонгук сказал мне сидеть в машине, ведь если Хонмин увидит меня, все может провалиться. Да вот только не было его полчаса, и я уже собрался выйти, как со двора выбежал мелкий, спешно запрыгнув в машину, стал поторапливать меня:
— Заводи мотор, быстрее! Поехали! — без лишних вопросов завел мотор и тут же рванул вперед, увидев лишь в зеркале заднего вида выбежавшую кучку мужиков, и один мне даже показался очень уж знакомым.
— В чем дело? Где она? — стараясь соблюдать спокойствие, спросил я.
— Не знаю, — едва не плача прохрипел Чонгук, — я не знаю где она! — ударив кулаком по торпеде, крикнул он.
— Я сейчас голову твою так стукну! Где девушка?!
— Отец сказал, что из любви ко мне сохранил ей жизнь, но насколько долго она еще протянет — это уже ее проблемы, — зарываясь пальцами в свои волосы, говорил парень, находясь на грани истерики.
— Если ты сейчас же не успокоишься, я прострелю тебе башку. Своих нервов достаточно, — предупредил я, хоть и блефуя, но все-таки успокоить его нужно было, так как иначе полной информации не получить. Остановив машину на обочине необитаемой трассы, откинул голову на спинку сидения, прикрывая глаза.
— Что он еще сказал? — спросил я.
