Сеня единственный мог остановить разбушевавшегося начальника и спасти подчиненного от увольнения.
В отличие от шефа помощник никогда не был женат. Молва приписывала ему романы с аспирантками Льва Георгиевича, но это было пустой болтовней. Арсений успешно шифровался, он до последнего времени никогда и нигде не появлялся с одной спутницей дважды, а придя на тусовку, с легкостью забывал о даме, веселился, не обращая внимания на то, что его женщина флиртует с другим. Рано или поздно должны были поползти слухи о его гомосексуальных наклонностях, и в конце концов такая сплетня родилась на свет.
Арсений Леонидович лишь посмеивался над досужей болтовней, а недавно вдруг объявил: «Господа, я женюсь на прелестной девушке, Верочке Поргиной. Давно люблю ее, а она обожает меня. Верочке едва исполнился двадцать один год. Родители держали ее в пансионе в Швейцарии, а после него девочка училась в Сорбонне. И вот к весне она возвращается в Москву. Надеюсь, все придете на мою свадьбу».
Сгорая от любопытства, народ кинулся к компьютерам в поисках информации о Поргиной. Сведений было немного, но и они заставили кое-кого грызть от зависти офисные подоконники.
Родители Поргиной владели огромным состоянием, единственную дочь они держали в строгости, воспитывали чуть ли не по Домострою, старательно оберегали от влияния Интернета и телевидения. Где Вера познакомилась с Арсением? Что в нем привлекло молодую девушку? На эти вопросы никто ответа не знал.
Филатов торжественно водрузил на стол фото невесты, местные кумушки под благовидными предлогами забегали в комнату, с любопытством изучали снимок, а потом выносили вердикт: «Не Софи Лорен!»
– Да ладно вам, – сказала главбух Ксения Сергеевна, – с ее деньгами любая станет королевой. Это же как несправедливо, если одной и богатство, и красота, и ум достанутся.
Родители Поргиной одобрили выбор дочери. На одном сайте, специализирующемся на воспроизведении записи подслушанных разговоров, обнаружилась беседа Кирилла Петровича, будущего тестя Сени, со своим приятелем. Да, в нынешние времена папарацци держат на изготовку не только фотоаппараты, но и диктофоны. Магнитофон явно находился в ресторане, под столиком, он записал звяканье ножей и вилок о тарелки, звон бокалов и два мужских голоса.
– Ну, не очень молод, – говорил Кирилл, – так ведь и не стар, в расцвете сил.
– Верушка от тоски около него умрет, – возразил приятель.
– Она любит жениха, – парировал отец.
– Она просто никого другого не видела.
– Не пори чушь, Верка жила в Париже.
– Ага, ходила на занятия с охраной, потом возвращалась на съемную квартиру. Девочка ни разу одна в кафе не была.
– Что ты взъелся? – не выдержал Кирилл.
– Дай ребенку немного самостоятельности.
– Все беды от распущенности, – разозлился Кирилл.
– Мы живем не на Востоке, и сейчас не пятнадцатый век, – стоял на своем его друг. – Женщина должна сама выбирать себе пару.
– Оглянись вокруг, – зашипел Поргин, – мужики ополоумели. Дома беременная жена, а он в клубе по ночам выделывается. У Миши Романова зять сифилисом дочь заразил. А уж какая любовь у нее с мужем полыхала! Вот он, твой личный выбор, во всей его красе. Я не хочу Верочку за мерзавца отдавать. Арсений отличная партия, воспитан, умен, симпатичен. А то, что не очень обеспечен, даже лучше: будет бояться потерять сладкую жизнь, страх удержит его от опрометчивых поступков.
– То есть ты его покупаешь! – не выдержал приятель.
Кирилл рассмеялся:
– Если смотреть в корень, то да. Но я всегда давал Верушке лучшее: платье, обувь, драгоценности, игрушки, книги, все у нее хай-класса. И второсортный муж ей не нужен.
– Вот именно! – обрадовался друг. – У Харькова сын Игорь, двадцати пяти лет, можете с ним породниться, капиталы объедините.
– Игорь с гнильцой, – вздохнул Кирилл, – и богат. Такому море по колено. Вылезет из-под отцовской опеки и ну колобродить, чем его придержать? А Сеня будет Веру на руках носить, он понимает: такая жена для него что золотая рыбка. И у Игоря много бывших любовниц, еще полезут к Вере. Ферштейн?
– Андестенд, – буркнул друг. – А что, если твой золотой жених где-то спрятал бабу с ребенком? Затырил их подальше, чтобы на Вере жениться.
– У Сени никого нет! – отрезал Кирилл. – Моя служба безопасности его проверила.
– Ну а если? – никак не мог утихомириться приятель.
– Выгоню его вон, – обыденно заявил Кирилл. – Арсений брачный контракт подпишет, по которому ничего в случае измены не получит. Пришел голый, ушел босой. Логично и просто. Вот только я Арсения под микроскопом изучил, никаких порочащих связей не выявил. Шеф его в пуху, а Филатов нет.
…Макс побарабанил пальцами по столу.
– Вкусно?
– Мгм, – с набитым ртом кивнула я, – очень.
Максим допил воду из бокала:
– Арсений сейчас активно готовится к свадьбе. Возникает маленький вопрос: зачем он пригласил тебя в ресторан?
Я выронила вилку:
– Ну хватит. Уже все выяснили. Филатов засунул в мой телефон «жучок».
