‒ Я подумала точно так же, Алексей Иванович. Значит, сообщник точно знает, как связаться с моим беглым мужем! Уверена, что невозможно похитить человека и не оставить улик. Есть свидетели, камеры. Возможно, Марина придёт в себя и вспомнит какие-нибудь детали.
‒ Я помню только то, что он шумно дышал, ‒ добавила Марина. ‒ Из-за плаща комплекцию разглядеть не удалось, но могу предположить, что человек он немолодой или полный. Роста, пожалуй, немногим выше среднего.
‒ Это уже что-то, ‒ грустно пробормотал Семенихин, понимая, что ещё одним «висяком» у него стало больше. ‒ Марина, скажите, в каком районе, где именно преступник приложил к вашему лицу платок?
‒ Прямо в подъезде моего дома. На первом этаже. Как только я вышла из лифта, сразу потеряла сознание. А очнулась связанной в гараже.
Семенихин попрощался с женщинами, оставив их наслаждаться обществом друг друга. Он составил план действий, необходимых для поиска информации и, озадаченный, поехал в управление.
Орлов не разделил рвения своего подчиненного. Напротив, ссылаясь на поправки статей о похищении, уговаривал Семенихина не регистрировать дело, а уничтожить все имеющиеся документы.
‒ Она вернулась в трехдневный срок! Целая, невредимая, признаков насилия тоже не обнаружено! ‒ орал он на планерке. ‒ Что ты собираешься расследовать?
‒ Товарищ полковник, теперь каждый может похищать людей, держать в подвале, а потом отпускать? Безнаказанно? ‒ парировал лейтенант Семенихин.
‒ Леша, даже если ты установишь личность преступника, по закону мы его не можем привлечь за похищение! Или тебя в школе полиции другому учили? ‒ гневно спросил Орлов.
Конечно, Семенихин понимал, что добровольное освобождение заложника сыграло на руку похитителю, только в голове неотступно вертелась мысль: преступник знает, где Юргис! Знает, где он прячется и как с ним связаться. Только как убедить в необходимости кропотливого расследования Орлова?
Анну успокаивал скорый отъезд дочери. Жизнь в Лондоне обеспечивала Марине безопасность.
Зима мягкими лапами бесшумно, сонно ступала по городу, укутывая деревья холодным, воздушным пухом. Такая же зима была в душе у Анюты. Или, быть может, её душа напоминала выжженную пустыню, где прошлое безвозвратно исчезло, оставив после себя зияющую рану?
Анна напоминала себе робота, питающегося от невидимых батареек ответственностью и чувством долга перед близкими. Она мягко опустилась в своё уютное рабочее кресло. Составила план на завтра, сделала поручение Маше. Мысли снова возвращали её к событию, в котором участвовать Анна не собиралась ни при каких условиях. Новогодний корпоратив... Только звонок Михаила Александровича не предполагал отказов: он собирался представить Анюту директорам крупных строительных и других фирм как партнёра холдинга, члена совета директоров, а также как талантливого специалиста по тендерам. В этом году новогодний банкет проходил в совершенно несвойственной холдингу Колосовских манере: не в узком кругу, а в составе ряда крупных строительных, юридических, экономических предприятий. Планировалось присутствие членов торгово-промышленной палаты, строительных и архитектурных комитетов. Так называемый новогодний форум предпринимателей.
Это означало только одно: ей предстоит снова проходить испытание общением с теми персонами, видеть которых совсем не хотелось. Успокаивал лишь тот факт, что людей будет в разы больше, чем обычно, значит, затеряться в толпе не составит труда.
Около ресторанного комплекса скопились такси, буксующие в подтаявшем снегу, сигналящие правительственные внедорожники, а также автомобили директоров, министров, водители которых старались подвезти своих работодателей как можно ближе ко входу.
‒ Девушка, может быть, вы здесь выйдете? ‒ недовольно буркнул водитель такси. Анна поежилась, посмотрела на свои элегантные замшевые бордовые туфельки на высоком каблуке и промолвила:
‒ Нет, подвезите меня прямо к дверям.
Она поправила прическу, в которую были собраны локоны, и положила перчатки в небольшой чёрный клатч, намереваясь терпеливо дождаться своей очереди в нескончаемой веренице машин.
В ярко освещённом роскошном холле Анну встретила приветливая девушка, сверившая её данные со списком приглашённых. Как только Анюта расстегнула серебристую пуговицу своей нарядной, короткой норковой шубки, направляясь к гардеробу, на её плечи опустились руки Отто. Он с трепетом помог своей спутнице раздеться, не отрывая от неё восхищённого взгляда:
‒ Аннет... У меня просто нет слов, богиня... соблазнительница... ‒ он мурлыкал комплименты зардевшейся от смущения Анне.
Чёрное, прямое, отороченное кружевом короткое платье с довольно глубоким декольте обнажало изящные колени, подчёркивало стройность её фигуры. Ювелирный комплект из золота с крупными рубинами дополнял туфли бордово-красного оттенка, заранее купленные Анютой.
