Бабочки Креза. Камень богини любви полностью

Далее следовали упреки в адрес чиновников, которые допустили разрушение здания и не ставят около него никаких заграждений, но про это Алёна читать не стала. Получается, старая водокачка — подходящее место, чтобы что-то спрятать… Алёна торопливо кликала на все ссылки, в описании которых встречалось словосочетание «Куйбышевская водокачка». Удалось узнать подробности об истории ее сооружения:

«В октябре 1876 года на заседании городской думы приняли предварительные наметки по строительству водопровода… Создали вместительный резервуар — 85 тысяч ведер, защищенный от поверхностного загрязнения крышей… Чтобы избежать преждевременного износа машины, продолжительность ее суточной работы определяли в 18 часов.

Все работы по строительству водопровода выполнили за короткий срок… чуть более двух лет. В городе ждали воду, но праздника на улицах Нижнего не получилось: оборудование, заказанное в Англии и стоившее больших денег, пришлось демонтировать и заменять. Обязательство изготовить и установить оборудование взял на себя завод Курбатова.

Машины для станции были полностью сконструированы и установлены замечательным нижегородским конструктором-самоучкой Василием Калашниковым. Паровая машина, известная под названием «Калашниковская», исправно служила горожанам сорок лет.

При строительстве водопровода в финансировании работ приняли участие наиболее состоятельные купеческие семейства: Блиновы, Бугровы, а также промышленник Курбатов. Свой взнос в 375 тыс. рублей они оговорили специальным условием: вода населению должна подаваться бесплатно на вечные времена. В 1900 году ввели тарифы на оплату воды…»

И больше ничего. В основном по ссылкам открывались фотографии очень живописных и пугающих развалин. Внушительные кирпичные стены были испещрены разнообразнейшими граффити. Кое-где под снимками стояли подписи фотографов, и вдруг Алёна заметила фамилию: «А. Овечкин».

Знакомые все лица! Андрей Овечкин — известный фотограф и приятный человек. Но главное, что он своими фотографиями дважды очень помог Алёне в ее детективных похождениях. Без преувеличения можно сказать, что, если бы не его снимки, она не докопалась бы до истины [21].

Получается, он эту Куйбышевскую водокачку знает!

Алёна мигом схватилась за телефон:

— Андрей, привет!

— Привет, — отозвался хрипловатый голос. — Только сегодня тебя вспоминал.

— А что такое?

— Да одна моя знакомая прочитала твой детектив, в котором ты меня изобразила, ну, помнишь, про бабочек, — со смешком пояснил Андрей, — и который про сексуальные меньшинства тоже прочитала и сказала, что ты мало про меня пишешь, она еще хочет что-нибудь почитать с моим участием.

— Раз так, — обрадовалась Алёна, — у твоей знакомой есть шанс… Я как раз пишу новый роман, и мне до зарезу нужно побывать на Куйбышевской водокачке.

— Только летом, — разочарованно сказал Андрей. — Сейчас все снегом завалено.

— Что, и внутри снег? — огорчилась Алёна.

— Ну зачем внутри. Снаружи, конечно. Туда если идти, надо самые высокие сапоги надевать, какие только найдешь, и джинсы в них заправлять. И то будь готова, что ноги промочишь.

— Ага, так, значит, мы идем? — радостно воскликнула Алёна.

— Ну давай сходим как-нибудь в выходные, раз такой пожар, — лениво отозвался Андрей.

— Завтра как раз суббота! — сообщила Алёна.

— Да нет, завтра не получится, мы в одиннадцать едем в гости в деревню.

— До одиннадцати мы успеем, я тебе обещаю! Выйдем в восемь, час туда, час там, час обратно — это я с запасом беру! — к одиннадцати вернешься. Можем вообще выйти в половине восьмого, я же знаю, ты рано встаешь! — настаивала Алёна.

Андрей даже опешил от такого натиска и какое-то время молчал. Потом пробормотал:

— Нет, в самом деле пожар?

— В самом деле.

— Ладно, давай в восемь встретимся на проспекте Гагарина, как раз на остановке «Университет».