Бабур-наме полностью

В макушке финикового дерева, о которой я упомянул, содержится его сыр. Сыр [финикового дерева] — это белое вещество, вроде [творожного] сыра, которое образуется на том месте, откуда выходят ветки и листья финиковой пальмы. Из этого белого вещества, подобного сыру, и получаются ветки и листья. Чем больше вырастают ветки и листья, тем листья становятся зеленей. Белое вещество и называют «финиковым сыром», это неплохая, превосходная вещь. Она очень похожа на сердцевину ореха. На месте, где образуется этот сыр, делают надрез и вставляют лист финиковой пальмы так, чтобы жидкость, которая льется из надреза, стекла по листку. Листок прикладывают к горлышку кувшина и привязывают кувшин к дереву. Вся жидкость, которая вытекает из надреза, собирается в кувшине. Если пить эту жидкость сразу, она сладковатая, а если ее выпить через три-четыре дня, она говорят, слегка пьянит. Однажды, когда я объезжал Бари, /285б/ я заехал в селения на берегу реки Чамбал. По дороге мне повстречались люди, которые добывали в долине этот финиковый сок. Я выпил порядочно сока, но не почувствовал опьянения; вероятно, чтобы слегка опьянеть, надо выпить его очень много.

Еще есть в Хиндустане наргил[641]. Арабы, на арабский лад, говорят «нарджил», жители Хиндустана — «налир»; вероятно, это общераспространенная ошибка. Плод наргила — индийский орех, из которого делают черные ложки. Из больших орехов делают чашки гиджаков[642].

Дерево наргила совершенно такое же, как финиковое дерево, но только на ветках наргила больше листьев и цвет его листьев ярче. Как лесной орех покрыт снаружи зеленой скорлупой, так и у наргила тоже есть снаружи зеленая кожура, но только кожура наргила состоит из волокон. Все канаты для морских и лодочных снастей делаются из кожуры этого наргила; швы на лодках тоже прошивают такими веревками.

Если снять с наргила кожуру, то на одном конце ореха видны три впадины в виде треугольника. Две из них — жесткие, одна — мягкая; ее можно проткнуть, слегка надавив. Пока не образовалось ядро, внутренность ореха полна сока; впадину протыкают и пьют этот сок. Вкус у него недурной, кажется, будто это разведенный водой сыр финикового дерева.

Еще одно хиндустанское дерево — тар[643]. Ветки тара тоже растут только на верхушках дерева; /286а/ к тару так же, как к финиковому дереву, привязывают кувшин, добывают сок и пьют его. Этот сок называют тари, он, говорят, пьянит сильнее, чем сок финикового дерева. На стеблях тара нет листьев на кари или полтора кари от земли; дальше, на конце стебли, в одном месте распускаются, словно расставленная пятерня, тридцать или сорок листьев, длина этих листьев около одного кари. [Хиндустанцы] часто пишут письма на этих листьях, как [мы] на свитках: Когда у жителей Хиндустана нет колец для широких дырок в ушах, они вставляют в уши украшения из листьев тара. Эти листья, приспособленные для ношения в ушах, продают на базарах. Ствол тара красивее ствола финикового дерева.

Еще есть в Хиндустане апельсины и другие плоды, похожие на него по виду. Апельсинов много в Ламганате, Баджауре и Саваде, и они хороши. Ламганатский апельсин — маленький, с пупком; это очень приятный, нежный и сочный плод, с апельсинами из области Хорасана у него нет никакого сходства. Вследствие их нежности, эти апельсины, пока их везут из Ламганата в Кабул, то есть за тринадцать-четырнадцать йигачей, частью портятся, Астрабадские апельсины доставляют в Самарканд, то есть за двести семьдесят-двести восемьдесят йигачей, но из-за грубости кожи и малой сочности /286б/ они не портятся.

Величиной баджаурский апельсин с айву. Соку в нем много и он более терпкий, чем сок других апельсинов. Ходжа-и Калан говорил: «В Банджауре мы сняли с одного дерева все апельсины этой породы и сосчитали их. Оказалось семь тысяч штук».

Мне всегда думалось, что слово нарандж [апельсин] как будто звучит на арабский лад: так оно, по-видимому, и есть; все жители Банджаура и Савада произносят вместо нарандж — наранг.

Другой такой плод — лимон. Его [в Хиндустане] много. Величиной лимон будет с куриное яйцо и такого же вида. Если отравившийся вскипятит лимонный корень и выпьет, это якобы устранит вред от яда.

Еще один плод, похожий на апельсин, — это цитрон. Жители Баджаура и Савада называют его баланг; поэтому варенье из цитроновых корок называют баланговым вареньем. В Хиндустане цитрон называют баджаури.

Цитрон бывает двух родов. Один цитрон, сладкий до тошноты, невкусный и негоден в пищу; кожура его, может быть, годится на варенье. Ламганатский цитрон именно такой, тошнотворно-сладкий. Баджаурские цитроны и хиндустанские цитроны кислые, кислота их приятна; питье из них очень вкусно и приятно. Величиной цитрон будет с дыню хусрави, кожура у него неровная, вся в буграх, конец тонкий, в виде клюва. Цветом цитрон желтее апельсина. Цитронное дерево — не настоящее дерево со стволом, а маленькое; он растет кустами; /287а/ листья у него крупнее, чем у апельсинового дерева.