Бабур-наме полностью

Первой из них была Михр Нигар ханум, сосватанная для него Султан Абу Са'ид мирзой. Это была старшая дочь Юнус хана и старшая единоутробная сестра моей матери. /20б/ Другая была из тарханов, ее звали Тархан биким. Еще одна была Катак биким, молочная сестра этой Тархан биким. Султан Ахмед мирза взял ее по любви и был сильно в нее влюблен. Она имела очень большую власть, пила вино. При ее жизни Султан Ахмед не ходил к другим женам. В конце концов, он убил ее и избавился от срама.

Другая его жена была Ханзаде[190] биким, из [дома] термезских ханзаде. Когда я пяти лет от роду прибыл в Самарканд к Султан Ахмед мирзе, он только что взял ее в жены и она еще носила на лице покрывало. По тюркскому обычаю мне приказали открыть ей лицо.

Другая его жена была внучка Ахмед Хаджи бека по имени Латифа биким. После мирзы ее взял Хамза султан, от Хамзы султана у нее было трое сыновей. Когда я разбил султанов, во главе которых стояли Хамза султан и Тимур султан, и взял Хисар, эти царевичи и некоторые другие сыновья султанов попали мне в руки. Я отпустил их всех на свободу. Еще одна была Хабиба Султан биким, племянница Султан Аргуна.

Джани бек Дулдай был младшим братом Султан Малика Кашгари. Султан Абу Са'ид мирза поручил ему управление Самаркандом, а Султан Ахмед мирза назначил его своим ишик-агой. /21а/ Джани бек Дулдай был человек диковинного нрава и поведения; о нем рассказывали много удивительных вещей, вот одна из них. Когда он был правителем Самарканда, от узбеков прибыл посол; в землях узбеков этот посол славился своей силой. Узбеки, говорят, называют сильного человека «бука». Джани бек спросил: «Ты — бука? Если ты бука, то иди, поборемся». Как посол ни отговаривается, тот не отстает. Они борются и Джани бек его валит. Мужественный был человек!

Другой был Ахмед Хаджи бек, сын Султан Малика Кашгари. Султан Абу Са'ид мирза несколько раз поручал ему управление Гератом. После смерти его дяди Джани бека Султан дал ему должность последнего и послал его в Самарканд. Это был человек веселый и смелый. Он принял тахаллус[191] Вафаи и был автором дивана стихов. Стихи его недурны. Ему принадлежит такой стих:

Мир Алишер Навои, когда прибыл из Герата в Самарканд, находился при Ахмед Хаджи беке. После того как Султан Хусейн мирза стал государем, он приехал к нему и встретил весьма великое благоволение. Ахмед Хаджи бек держал хороших породистых коней /21б/ и прекрасно ездил верхом. Большинство этих коней было домашнего завода. Хотя он был человек мужественный, но полководство его было не таково, как мужество. Это был беззаботный человек и его делами заправляли слуги и нукеры.

Когда Байсункар мирза сразился с Султан Али мирзой в Бухаре и потерпел поражение, Ахмед Хаджи бек попал в плен. Его обвинили в пролитии крови Дервиш Мухаммед тархана и с позором умертвили.

Другой эмир был Дервиш Мухаммед тархан. Это был сын Урду Буга тархана, родной дядя Султан Ахмед мирзы и Султан Махмуд мирзы. Он был выше и значительнее всех беков, находившихся при мирзе. Это был хороший мусульманин, мягкий человек, [настоящий] дервиш. Он постоянно переписывал Коран, много играл в шахматы и хорошо играл, отлично знал повадки охотничьих птиц и прекрасно запускал соколов. В конце концов во время распри между Байсункар мирзой и Султан Али мирзой он умер, в годы величия, оставив по себе дурную память.

Другой эмир был Абд ал-Али тархан, близкий свойственник Дервиш Мухаммед тархана. Младшая сестра последнего была за ним замужем; это мать Баки тархана.

Хотя Дервиш Мухаммед тархан по чину и степени был выше Абд ал-Али тархана, но этот фараон словно не замечал его. Несколько лет управление Бухарой /22а/ было в его руках, число его нукеров доходило до трех тысяч; нукеров он содержал хорошо и заботливо. Его подарки, посещения, приемы, пышность угощения и собрания были истинно царские. Это был человек властный, жестокий, развратный и надменный.

Шейбани хан, хотя не был его нукером, однако несколько раз состоял при нем, а многие султаны — Шейбаниды, малые и великие, были у него нукерами. Причиной столь большого возвышения Шейбани хана и падения стольких древних царственных домов был [этот] Абд ал-Али тархан.

Другой эмир был Сейид Юсуф Оглакчи[193]. Его дед, говорят, пришел от моголов, к его отцу благоволил мирза Улуг бек. Мнения и распоряжения Сейид Юсуфа были очень хороши, мужество у него тоже было. Он хорошо играл на кобузе[194].

Когда я в первый раз прибыл в Кабул, Сейид Юсуф был при мне. Я оказывал ему большое внимание и, действительно, он стоил внимания! В тот год, когда мои войска впервые выступили в Хиндустан, я оставил Сейид Юсуф бека в Кабуле. Там он и преставился к милости Аллаха.