Лариса заметно повеселела, и стало понятно, что ей нравится вспоминать их общее с Гришей детство.
– Да, а я как настоящий добытчик семьи ловил рыбу, и мы жарили ее на костре. Только в отличие от твоих пирожков, моя рыба действительно была настоящей.
– Да, карасики оказались очень даже вкусными, – Лариса уже смеялась. – Как же хорошо было тогда. Детство. Как быстро время пролетело. Вот бы вернутся снова под эту вербу....
– Прошлого, увы, не вернешь. Дерево спилили, больше играть негде, – откусывая яблоко, промолвил Гриша.
– Но есть еще озеро. Там мы тоже часто гуляли…
– Озеро, как и прежде, очень красивое, я Тасе показывал, она была в восторге. Нужно будет ей еще что- то показать. Кстати, ты не подскажешь, может у нас еще какие-нибудь красивые окрестности есть, о которых я, возможно, забыл? – не подумав, спросил Гриша и откусил яблоко.
После этой фразы лицо Ларисы стало уже не таким веселым. Она доела свое яблоко, огрызок выбросила через окно и сказала.
– Не осталось больше красивых мест. Всё бизнесмены выкупили и замки свои понастроили!
Затем Лариса взяла со стола десертные тарелки и вручила их Григорию. А сама схватила поднос с чашками и чайными ложками.
– Идем, пора чай пить.
Лариса пошла в большую комнату, Гриша в легком недоумении последовал за ней.
Глава XVI
Тася спускалась по лестнице. Подсушенные волосы она расчесала и заколола сзади заколкой. Белый длинный сарафан из ситцевой ткани красиво сидел на ней и очень шел к лицу. Белый цвет выгодно подчеркивал синие глаза девушки и ее темные волосы.
Гриша сидел около Марии Дмитриевны и о чем-то с ней беседовал. Лариса стояла возле кресла и заплетала дочке косу. Появление Таси в длинном сарафане заставило всех отвлечься от дел и разговоров. Взгляды всех присутствующих остановились на ней. Лариса смотрела и мысленно завидовала красоте девушки. Тася раздражала ее все больше и больше. Лариса перевела взгляд на Гришу и увидела, что тот любуется новой знакомой и не может отвести от нее глаз. А Мария Дмитриевна смотрела на внучку без восторга. Старушка была серьезной и задумчивой. Мария Дмитриевна обратилась к Тасе:
– Проходи, деточка, садись подле меня. Я тебе все расскажу.
Гриша пересел чуть подальше, уступая место Тасе.
– Лариса, принеси-ка мне альбом, – попросила Мария Дмитриевна свою внучку.
– Может, сначала чай попьем? Я уже чайник нагрела,– предложила Лариса.
– Чай потом выпьем. Все равно Коли с Мишей пока нет. Неси альбом.
Лариса нервно завязала резинкой косичку, встала, подошла к серванту и достала оттуда слегка запыленный старый альбом.
Альбом был настоящей реликвией и гордостью семьи Одинцовых. Правда, понимала это только Мария Дмитриевна. Николай и Лариса равнодушно относились к своим знаменитым предкам и редко рассматривали этот альбом. А там хранились черно-белые дореволюционные фотографии их родственников, в жилах которых текла дворянская кровь.
Тася села возле Марии Дмитриевны. В этот момент она не ощущала никакого смущения, ей хотелось поскорее посмотреть фотографии и послушать истории о своих родственниках. Перед тем, как открыть альбом, Мария Дмитриевна сказала Тасе:
– Начиная с середины девятнадцатого века род Одинцовых был уважаемым и знатным. Твой предок Николай Одинцов служил в морской пехоте. Во время войны с турками он проявил себя как храбрый, волевой и талантливый полководец. Благодаря его таланту отряд, в котором он служил, одержал победу. За верную службу, героизм и заслуги перед родиной был награжден государем княжеским титулом и земельным наделом. С тех пор Одинцовы стали знатными и богатыми. Я плохо знаю историю наших давних предков, которые служили при царе. Елизавета Федоровна, моя бабушка, рассказывала мне эту историю, но я тогда была маленькой и почти уже ничего не помню. Поэтому расскажу только о последних поколениях Одинцовых.
Мария Дмитриевна открыла альбом. На первой странице Тася увидела очень старый, потертый портрет красивой, статной молодой женщины.
– Вот это Елизавета Федоровна, твоя прапрабабушка, которая также принадлежала к знатному роду. В двадцать лет она вышла замуж за Одинцова Владимира Николаевича.
С фотографии на Тасю смотрела молодая красивая женщина, одетая в светлое платье. На голове у нее была шляпа с широкими полями, украшенная фиалками. Шею оплетали бусы из белого жемчуга. Женщина сидела, облокотившись на маленький круглый столик, рука как бы тянулась к щеке. Тася смотрела на портрет. «Какие тонкие черты лица, какая она красивая…» – подумала она. Взгляд женщины был очень нежным. Глаза излучали счастья, а лицо украшала легкая улыбка. Безусловно, Елизавета Федоровна была настоящей красавицей-аристократкой.
– Мария Дмитриевна, – обратился Гриша, – Мне кажется, что Тася очень похожа на Елизавету Федоровну! Смотрите, одно лицо, только Елизавета Федоровна тут постарше.
– Я сразу же это заметила, как только увидела Тасю. Действительно, очень похожа, – всматриваясь в лицо внучки, тихо произнесла старушка. Сказав это, Мария Дмитриевна смахнула слезы с дрожащих на ресниц.
