Как и предполагал Туманов-младший, дверь чердака была запертой. Тогда он достал ключи, которые захватил на кухне, и стал подбирать нужный. Один не подошел, второй тоже, а вот с третьим повезло. Ключ с легкостью вошел в замочную скважину и открыл дверь. Как только молодые люди зашли в помещение, Гриша зажег свечу и поставил на полку. Тася осмотрелась. Стены были серыми, мрачными, отсыревшими. Чердак оказался почти полностью захламлен старыми ненужными вещами и предметами. Тут стоял детский велосипед без одного колеса. Также Тася увидела стеллаж, забитый запыленными книгами, большой закрытый сундук, манекен для шитья одежды, коробки и много других вещей. А на стене висел нарисованный портрет Елизаветы Федоровны.
– Интересно, что в этом сундуке? – спросила Тася, подойдя к нему.
– Могу поспорить, что там есть теплый плед, детские вещи и старые фотографии.
Тася открыла сундук. И действительно, как сказал Гриша, она увидела клетчатый плед.
– Доставай, мы расстелем его вот здесь, – послышался голос Григория.
Тася выполнила просьбу друга и кинула ему одеяло. В сундуке девушка увидела еще детские пеленки и распашенки, а под ними скрывался большой альбом. Тем временем Гриша разложил плед на полу и присел.
– Смотри, что я нашла, – показала находку Тася своему другу.
– Ааа, семейный фотоальбом. Тут есть и я. – Григорий взял альбом и открыл его. Тася присела рядом. Ей стало интересно посмотреть на Гришу в детстве. На одной из первых черно-белых фотографий они увидели маленькую девочку возраста пяти лет.
– Это Лариса в детстве?– спросила Гришу Тася.
– Нет. Это дочка Марии Дмитриевны Катерина. Она погибла в молодости вместе с мужем. Тогда я был еще совсем маленьким и не помню всех подробностей этой трагической истории. Мама рассказывала, что от нервного срыва Мария Дмитриевна попала в психиатрическую больницу и там пробыла полгода. Маленькую Ларису моя семья забрала к себе. Мама часто навещала Марию Дмитриевну в больнице и рассказывала о Ларисе, как та растет и нуждается в своей бабушке. Таким образом ей удалось вернуть Марию Дмитриевну к жизни. Она поправилась, вернулась и принялась воспитывать внучку.
– Какой ужас! – Тася знала о гибели Катерины: ей как-то рассказывал отец, но без подробностей.
Гриша перевернул еще несколько страниц: на них были фотографии Катерины и ее мужа. Потом появились цветные фотографии.
– А вот это мы с Ларисой в детстве, – показал на фотографию Григорий. На ней были мальчик и девочка лет четырех. Дети стояли возле дома, держась за руки. Потом Тася увидела еще несколько детских фотографий с маленькими Ларисой и Гришей. Дальше пошли семейные фотографии, которые сменяли снимки уже повзрослевших Ларисы и Григория. Тася обратила внимание, что общих фотографий этих двух семей было очень много. А вот и фотография, где юные Гриша и Лариса стоят возле дома, как и на детской фотографии. Только теперь юноша и девушка крепко обнимали друг друга за талию.
– Вы тут такие красивые и совсем юные, – обратила внимание Тася.
– А мне кажется, я с годами становлюсь только лучше, – с ноткой хвастовства сказал Гриша. – Это мы тут в девятом классе на выпускном вечере.
– Вы встречались?
– Да, но это был юношеский роман, ничего серьезного. Хотя, как мне казалось тогда, я очень сильно был влюблен в нее. Но потом мы переехали в город и все забылось.
– И тебе не хотелось вернуться к ней?
– Нет. Я сразу же влюбился в столицу, понял, что там могу добиться успеха, проявить свой талант. Школу я закончил с хорошими отметками. Потом поступил в институт и начал усердно изучать языки и мировую архитектуру. На третьем курсе я принял участие в международном конкурсе по проектированию современного сити-центра и стал победителем. Меня заметили немцы, преподаватели из Берлинского университета, и предложили продолжить обучение у них. Я согласился. Вот так и оказался в чужой стране. Закончил там университет, а потом устроился в одну из лучших строительных компаний Берлина.
– А что вы строите?
– Элитные жилые дома и бизнес центры.
– Берлин – такой красивый город с богатой историей, неужели тебе не хотелось построить уникальное здание? Что-то особенное, такое, что бы ассоциировалось только с Берлином?
– Например, как Биг-Бен с Лондоном? Я об этом мечтаю. Но понимаешь, современный мир устроен так, что в первую очередь нужно удовлетворять запросы клиентов. Только в таком случае можно заработать. Сейчас время бизнеса и больших возможностей. Музеи и театры сейчас, увы, не в моде. Такова жизнь.
