Потрепав его по волосам, что больше походило на подзатыльник, бабуля удалилась в свою комнату.
И почти сразу оттуда вышла.
– Забыла тебе сказать. Старуха Егорова придет, отдашь ей вон ту банку с белой крышкой, – она указала на полочку возле двери, где выстроилась в ряд куча разномастной стеклянной тары. – Да не перепутай!
– Ладно, – отмахнулся Иван, рассудив, что с такой мелочью уж точно справится без проблем.
– Ну тогда спокойной ночи, – бабуля удалилась, и Иван, отодвинув книгу подальше, чтобы не заляпать, принялся доедать блины. «Интересно, чего она мне наготовит? – подумал он. – Может, котлет? Или пирогов? А может, той вкусной мясной запеканки?»
И только потом, когда улегся спать, снова ощутил тревогу от того, что останется один. «Ай, ладно, – отмахнулся он, – как-нибудь справлюсь. Зато времени свободного будет куча». Совесть тут же напомнила о причине, приведшей сюда, в деревню. «Ладно, – сказал себе Иван. – Вот и займусь, раз время появится».
– Вставай! Да вставай же, лодырь! – на голову шлепнулось полотенце, мигом разогнав сон. Иван вскочил и с обидой уставился на мать.
– Я не спал, я думал!
– Не ври! Только и делаешь, что спишь, бездельник!
– Я не бездельник, я роман пишу!
– Во сне?
– Я не спал!
– Я видела! Так, ладно, хватит болтать. Давай, собирайся, к бабуле поедешь.
– Куда? – опешил Иван.
– К бабуле. Она письмо прислала, хочет, чтоб ты приехал.
– Не поеду я к ней!
– Наверное, наследство на тебя хочет переписать. Давай, собирайся, – начисто игнорируя его слова, продолжила мама.
– Да не поеду я! Некогда мне!
– Серьезно? – приподняв бровь, мама перехватила полотенце поудобней. – А ну-ка живо встал и пошел собираться!
– Нет! – воскликнул Иван.
Автобус полз, словно осенняя муха. После четырех часов езды на электричке тряска в допотопной развалюхе казалась изощренной пыткой. Глядя на унылый пейзаж, простирающийся за окном, Иван размышлял о несправедливости жизни. И чем дольше думал, тем тоскливей становилось на душе.
Вот уже целый год он писал роман. Точнее, пытался. Вначале все вроде пошло неплохо – герой получился шикарный: высокий широкоплечий смельчак, чей взгляд сражал наповал всех женщин на свете… А потом все застряло – серьезного важного дела для героя придумать никак не получалось. Вначале Иван отправил его мочить зомби, но сюжет быстро выдохся, потому что зомби почти сразу кончились – герой всех перемочил. То же самое случилось и с машиной времени – герой попал в прошлое, наполучал ништяков, обвешался красотками, стал главным магом планеты, и писать стало не о чем. Все попытки наслать неприятности разбивались о его сильномогучесть, и книга из будущего бестселлера превратилась в черную дыру – била по самооценке, жрала силы – чувствовать себя неудачником было очень неприятно. А тут еще на работе случилось сокращение, и жизнь окончательно потеряла краски.
Иван верил, что выберется из этой западни, а вот мама верить в него отказывалась напрочь. Характер у неё был жесткий, рука тяжелая, пришлось подчиниться. Бабуля – мамина мать – характером обладала таким же, Илья отлично помнил ее суровый нрав, хотя единственная встреча с престарелой родственницей случилась много лет назад, еще когда он учился в школе.
Тем летом бабуля тоже позвала его в гости, зачем – он так и не понял. Встреча оказалась короткой – уже на следующий день его выпроводили обратно в город. Зато бабулин взгляд-рентген еще долго снился в кошмарах.
Сейчас, трясясь в пыльном автобусе, Иван очень надеялся, что и в этот раз визит не затянется, и можно будет со спокойной совестью вернуться домой.
За окном тянулись поля, кое-где виднелись редкие островки деревьев, после шумного города все это смотрелось странно и чужеродно…
– Матвеевка! – рявкнул водитель, затормозив на обочине. Дверь с жутким шипением открылась.
Взяв сумку, Иван двинулся на выход.
– Так, стоп, – опомнился он на последней ступеньке. – Какая Матвеевка? Где? Тут же одни поля!
– Там, – сердито буркнул водитель, тыча пальцем в сторону горизонта. Приглядевшись, Иван увидел у самой границы земли и неба россыпь крошечных домиков.
– И как мне туда добраться? – возмущенно спросил он, уже представив, как водитель начинает ехидно ржать, радуясь своей шутке.
– Как-как. Ногами. Вон дорога, – еще один взмах рукой, и Иван, глянув в указанном направлении, заметил уходящую вдаль тропу, назвать которую дорогой язык не поворачивался. – Давай поживей, – сердито добавил водитель.
Едва Иван вышел, как автобус рванул прочь, выплюнув облако удушающего сизого дыма.
Когда Иван перестал чихать и вытер слезящиеся глаза, то почувствовал себя попаданцем в другой мир – вокруг не было ни души, дорога пустовала, с синего, без единого облачка неба адски палило солнце. Кузнечики, стрекочущие в траве, были единственными живыми существами на всю округу.
