Свою репутацию злобной стервы я получила еще в первом классе, чем была вполне довольна. Меня боялись, меня боготворили, с моим мнением считались даже старшеклассники. И вот он, заветный одиннадцатый класс, когда я на верху иерархии. Вверху пищевой цепочки. Но появление мелкой выскочки, которую я еще в первом классе макала головой в унитаз, рушит все надежды и мечты на спокойный год. Девочка решила мне отомстить, забрав самое ценное - моего Антона. Что ж, удачи, сучка. Она тебе понадобится.
========== 1. “добро пожаловать в Ад, сучка.” ==========
— Руда, ты слышала последние новости? — Я лишь озадаченно оглядываюсь на подругу, хмуря идеальные, только вчера от мастера, брови.
— Нет, но сначала стрельни мне сигарету, а потом рассказывай свои охуительные истории. — Вика только усмехается и протягивает мне пачку, сразу начиная трещать:
— В общем, бухали мы у Макса…
— А ближе к делу? — Усмехнулась, зная любимую привычку Вики: начать рассказывать одну историю, а потом, отойдя от основной, рассказать еще тысячу. Девушка лишь хмурит брови и недовольно смотрит на меня, но, закатив глаза и назвав меня дурой, переходит к сути:
— У нас новенькая.
— Ого, интересное кино, — я скорчила мордочку, выпячивая вперед губы, и Вика засмеялась, прикуривая вторую сигарету. — А с чего такая буча вокруг, что даже ты заговорила об этом?
— Ну солнце, ты же знаешь, моя мама — директор этой шарашкиной конторы, так что все новости я узнаю первая, только шуточка в другом, девочка — дочка хозяев Спирита, — я аж присвистнула от удивления, ибо Спирит — один из крупнейший наших ТЦ.
— Бабки они гребут лопатой. Погоди-ка, ты хочешь сказать, что это та самая Валюха, которую мы чмырили три года, за то, что она свои сопли жрала и мылась каждый четвертый четверг?
— Да-да, та самая деваха с приветом, которую ты вечно поливала грязной водой, выкидывала учебники из окна. — Я громко рассмеялась, вспоминая наш прекрасный третий класс.
— Викуль, согласись, ты тоже была не ангелом. Кто ее весь второй класс чушкой называл и каждое ИЗО голову краской поливал?
— Ну, я не считаю, что я была не права, потому что только после этого она приходила в школу с мытой головой. Считай, я помогала девочке выжить в этом злом социуме, — Викуля просто пожимает плечами и ныряет рукой в сумку, доставая оттуда телефон. — О, Тёмочка отписался, что все наши уже в сборе, ждут только нас.
— Где?
— У главных ворот.
— Угу, это же логично, мы в курилке на территории школы, а они у главных ворот. Не проще им подойти к нам?
— Проще, но из курилки мы не сможем появиться так эпично, как можем появиться с главного входа.
— Ладно-ладно, уговорила. — Улыбнулась я, выкидывая окурок в урну. — Пойдем, а Антон уже там?
— Да, солнце, — рассмеялась она, закидывая на плечо сумку, — твой обожаемый Антоша уже там.
— Прелестно, — я счастливо улыбаюсь, потому что вот уже сейчас, через каких-то десять минут, я увижу свою самую первую любовь — Антона Воинова, самого замечательного человека в моей жизни.
Это была действительно любовь с первого взгляда — глаза в глаза, когда он только пришёл к нам в шестом классе, и с тех пор, вот уже шесть лет, я молча пускаю по нему слюни, хотя все наши друзья давным-давно всё знают. Знают и не упускают возможности надо мной посмеяться. По-доброму, конечно. Если бы была хоть одна злая шутка, эти люди бы долго не продержались у нас в школе. Но сам факт. Каждый раз, как вижу, как он обжимается с очередной девахой, у меня аж сердце переворачивается, и я начинаю выходить из себя. Просто делаю что-то, чтобы с этой девочкой что-то случилось. Проблемы в коллективе, выгоны из школ, массовая травля. Я делала многое. Осознанно. Чтобы она убрала руки от моего.
— Антоша, — сладко и глупо улыбаюсь я, когда вижу лишь его затылок, — как дела, родной?
Он видит меня и улыбается, но на дне глаз вижу недовольство. Оно всегда у него там, когда я рядом, хотя он и не показывает это.
— Смотрите-ка, кто тут у нас? — он обнимает меня в ответ и чуть приподнимает над землей, начиная кружить. И я воистину счастлива, потому что нахожусь у него на руках, он меня обнимает, и я делаю вид, что он счастлив меня видеть. — Рыба-прилипала!
Я обижена этой фразой, очень обижена, но тем не менее, прижимаюсь к его шее, вдыхая такой родной запах.
Я люблю тебя, Антон. Больше жизни люблю.
— Итак, класс, — Лилия Григорьевна, наша классная, как всегда при параде, причем, этот ее парад не выглядел как-то вульгарно, как у других учителей ей возраста, напротив, все эти свитера, штаны и помады страшно ей шли, вышагивала из стороны в сторону по кабинету и вещала важные вещи про экзамены, тяжелый год и так далее. Её почти никто не слушал, все это мы уже слышали и не раз, но когда она заговорила о новенькой, все резко навострили свои ушки: — Валентина уже училась у нас в классе, но из-за ряда определенных обстоятельств была вынуждена уехать, но этот год она закончит с вами и, я надеюсь, этот год пройдет хорошо. — Острый взгляд в мою с Викой сторону, не обещающий ничего хорошего, если мы выкинем какой-нибудь фокус, но мы с подругой, отвлекшись от своей болтовни, делаем самые что ни наесть ангельские выражения лиц, мысленно честно-честно обещая, что все будет в ажуре. Но судя по ее недовольному лицу, женщина не верит нам ни на секунду, но сделать ничего не может, поэтому возвращается к стандартной лекции о важности экзаменов.
Я лишь усмехаюсь Вике, толкая подругу в бок:
— Ну и где твоя обещанная Валюха?
