Снова изучаю свой язык, он все еще пульсирует его силой, мощью, тело отзывается на воспоминания. Суккуб подбрасывает палений в огонь этой страсти…
Прекрати! Ненавижу, как же я ненавижу этого чертового суккуба. Когда же он уже сдохнет?!
Делаю перерыв на глубокие вздохи, пытаюсь успокоиться, но тело трясет от возмущения. Знаю, что нельзя, знаю, что это уже точно делу не поможет, но не могу, уже не выдерживаю. Одна только похоть, одни только влажные видения…
Требуется больше времени, чем обычно. Пытаюсь не слишком надеяться, но все же обдумываю слова Арона. Они могут меня спасти… как я могу им доверять? А как не могу? Ведь они меня не убили. Да, они вроде как меня вербовали в свое сопротивление. И на фоне всей той тьмы, что окружает меня со всех сторон, их кружок «белые крылышки» вот вообще не внушает доверия.
Что они сделают против толпы демонов? А дьябольеров? А Ойелета? В мире столько тьмы, что и не вообразить.
В голову внезапно приходит шальная мысль: но ведь даже за самой темной ночью наступает рассвет.
Если бы все было так просто…
Возвращаюсь к Эриху, пытаюсь заставить себя смириться, укладываюсь на край кровати и представляю, что это Тэон. Закрываю глаза, вспоминаю его прикосновения, его мирное дыхание, доверие, наше полное единение… засыпаю…
Просыпаюсь только утром, когда Эрих находит меня в своей постели. Кривлюсь на его попытки меня потрогать за все места, но тут же сдерживаю раздражение и подавляю желание сбросить его ладони с себя.
Надо притвориться.
Усмиряю сопротивление, улыбаюсь, разворачиваюсь. Только-только проснулся, но свое требование выдвигает. Забираюсь на него сверху, соприкасаюсь промежностью с его членом. Просыпается быстро, жаждет новых утех.
Но нет, сначала дело.
– Ты нашел что-нибудь против паучихи? – Спрашиваю.
Выдыхает накатывающее вожделение, сжимает мои бедра, с жадностью рассматривает мою голую грудь.
– Зелье, что тебе нужно, будет готово не скоро, да и к тому же не так эффективно, нужно действовать иными способами, – неохотно рассказывает. Эрих, ну неужели ты действительно рассчитывал, что я буду играть свою роль всегда и до конца? – Но у меня есть один яд. Он, конечно, паучиху не убьет, но ей придется повозиться, чтобы избавиться от последствий.
Ухмыляется, улыбаюсь в ответ, провожу ладонями по его мускулистому торсу.
– Расскажи, – прошу, массируя его грудь.
Заводится, нравится. Естественно.
– Яд действует хитро. Он распространяется быстро, но избавиться от него полностью практически невозможно. Только светом. Но паучиха от этого далека.
Улыбаюсь, размышляю о своем хоть и маленьком, но преимуществе. Хорошо. После всего, что паучиха учинила и сделала мне, сколько раз пыталась меня убить, я буду рада поквитаться с этой ведьмой.
– А что до ритуала?
Эриху уже не до рассуждений, он неоднозначно пытается заставить меня двигаться на его члене. Не поддаюсь, настаиваю на том, чтобы ответил. Отвлекается нехотя, но все-таки встречается с моим взглядом.
– Не стоит заморачиваться на счет него, – с сомнением замечает он, – тебе это не по плечу, а привлекать кого-то… нет таких дураков.
– Ты не поможешь?
– Я пока еще не настолько хочу умереть, – улыбается.
– Но зелье…
– …зелье будет готово позже, – прерывает и призывает.
Делаю над собой усилие и призываю биение его сердца. Откликается, член тут же твердеет, настраиваю его и насаживаюсь… сжимает меня, заставляет двигаться быстрее, как будто кончить не успеет и эффект от моего пробуждающего прикосновения скоро закончится. Даже не пытаюсь изображать удовольствие, просто прыгаю на нем, словно он просто член и довожу его до оргазма. Эрих и не смотрит, просто сжимает мои бедра, а сам где-то далеко в своих фантазиях, представляет явно больше, чем есть на самом деле.
Больше, чем я ему когда-нибудь позволю.
Кончает и я впитываю его энергию. Еще вчера почувствовала ее странные привкус. Что-то застойное. Неудивительно, ему четыреста лет, он не трахал никого много лет, так что там уж точно все застоялось.
Но не важно. В моем случае – бери, что дают, и не брезгай. Если бы я была полноценным суккубом и не боролась со своим демоном, я бы может и поискала что получше. Но у меня только одна цель.
Успокаивается, ловит меня своим усталым взглядом и поднимается, прижимает меня к себе, тянет за поцелуем. Сдерживаю сопротивление, целую в ответ, а он вдруг резко вздрагивает и отстраняется. Хмурится, рассматривает меня вопросительным взглядом.
– Что это? – Спрашивает.
Вспоминаю, улыбаюсь, и демонстрирую ему свой язык.
Все меняется в мгновение ока – Эрих откидывает меня в сторону, вскакивает на ноги и, бормоча себе под нос какие-то заклинания, бежит к комоду. Там у него стоят какие-то склянки, он их судорожно перебирает, а я почему-то ловлю от этого удовольствие. Развалившись на кровати, широко расставляю ноги и призывно массирую промежность, пока Эрих все продолжает нашептывать какие-то заклятия.
