Эдуард вновь посмотрел на меня, когда его взгляд добрался до Дева и Домино, потому что он видел, как Дева подкосило в одной из перестрелок. В защиту Дева могу сказать, что та схватка с зомби в подвале больницы была одной из худших заварушек, в которой мне доводилось бывать. Для Дева это было довольно жесткое знакомство с моей работой. Он прямо сказал, что не хочет больше сражаться со мной против зомби. А Домино не понравился мой доморощенный зомби, которого нам пришлось сжечь на кладбище, и я рассказала об этом Эдуарду, поэтому он знал, что ни один из них не был моим лучшим выбором для этой поездки. Позже он скажет мне, кто еще ему не понравился.
— Потом, — сказала я.
— Жду с нетерпением, — отозвался он с улыбкой, скользнув обратно в шкуру Теда, и просто спрятался за маской очаровательного ковбоя. Таможенная чиновница, надо признать, в этот раз уже не купилась — она поняла, что происходит что-то странное, и не хотела иметь дел с этим блондином и его кризисом идентичностей
К нам присоединился еще один мужчина — он был выше Эдуарда, хотя и не такой высокий, как Дев. Было здорово иметь знакомых разного роста, чтобы у меня была возможность сравнить их с другими людьми, так что новый парень показался мне ростом где-то пять футов и одиннадцать дюймов, а может, и шесть футов (180–182 см. — прим. редактора). Я вечно путаюсь в дюймах, а ведь даже подошвы рабочих ботинок могут добавить человеку роста, и на этом парне были такие же ботинки, которые носил спецназ. У меня у самой пара таких в багаже. Одежда на нем была черной — от военных штанов до рубашки с длинными рукавами. Она топорщилась под бронежилетом, но мне не нужна была эта подсказка: он не пытался скрыть оружие, которое имел при себе.
Его темно-карие глаза просканировали комнату и нас. Волосы у него были насыщенного оттенка каштанового, и могли показаться рыжеватыми при нужном свете. У Натэниэла волосы были каштановые с красным отливом, но у большинство людей с подобным оттенком они чаще кажутся коричневыми. У этого парня было приятное лицо, но исходящая от него энергетика и угроза моментально стерли всю мою заинтересованность в нем, как в мужчине. Мне захотелось почесаться, и сила, исходящая от реальных ликантропов в этой комнате, доказала, что это желание возникло не только у меня.
Он уставился на меня в ответ, даже не пытаясь скрыть свою враждебность, более того, его энергия стала гуще. Эдуард подошел к нему, и еще до того, как он представил парня, как капитана Нолана, я знала, что это будет его знакомый по работе, Брайан. А еще я знала, что он не был обычным человеком, до того, как Эдуард подозвал меня, чтобы представить нас.
— Итак, вы — Анита Блейк, — произнес он с ирландским акцентом, и это почти смягчило враждебность в его голосе.
— А ты, должно быть, Брайан, — сказала я, мило улыбаясь. Я постаралась, чтобы эта улыбка дошла до моих карих глаз. Если уж мне удавалось провернуть это с клиентами в «Аниматорз Инкорпорейтед», то я смогу сокрушить и ворчливого ирландца.
Он поднял брови и покосился на Теда/Эдуарда:
— Что, Форрестер, будем называть друг друга по именам?
— Я зову Аниту по имени, и она зовет меня Тедом.
— А остальных из… ее команды?
— По имени, — сказала я.
Капитан Брайан Нолан покачал головой:
— Я могу использовать ваш позывной, если хотите, Форрестер, но я не могу называть вас Тедом.
— Теодор, — предложила я, состроив невинное лицо.
Нолан нахмурился, глядя на меня:
— Нет.
Эдуард улыбался нам обоим. Полагаю, он искренне наслаждался этим зрелищем. Его голубые глаза чуть потемнели, а дыхание немного ускорилось. Думаю, ему нравилось как накалялась в комнате энергетика, а также предвкушение вероятного кровопролития.
— Как знаешь, — сказал Эдуард и повернулся ко мне — Анита Блейк, это Брайан Нолан. Нолан, Блейк.
— Капитан Нолан, — поправил он, сузив свои карие глаза.
— Хорошо, тогда маршал Блейк, — представилась я, улыбаясь.
— Я развлекаю вас двоих? — поинтересовался Нолан.
— Есть немного, — призналась я.
— Ты всегда развлекаешь меня, — сказал Эдуард с улыбкой Теда.
Нолан нахмурился:
— Я не думаю, что мне нравится ваше отношение, Блейк.
— Я тоже от тебя не в восторге, Нолан, но нам необязательно обожать друг друга, чтобы работать вместе.
Он нахмурился сильнее, на лбу и между бровями пролегли глубокие морщины. Это заставило меня накинуть ему еще несколько лет к тем тридцати с хвостиком, которые я дала ему на первый взгляд; теперь, скорее, ближе к сорока. Как только люди достигали определенного возраста, я просто начинала гадать вслепую.
— Было бы куда проще, если бы мы все обожали друг друга, хоть немного, — вмешался Дев, улыбаясь и излучая радость — радость от того, что он был здесь, радость от того, что встретился с Ноланом, да и вообще он очень старался перенаправить атмосферу в дружелюбное русло.
Он протянул руку и представился:
— Я Мефистофель.
Нолан не пожал ему руки:
— Что за херню ты учудил, чтоб заработать это прозвище?
Дев состроил грустное лицо и сказал:
