Мне тогда было очень странно слышать от него эти слова. Ведь я никогда не стремился возглавлять какую-то компанию. А вот он стремился, и у нас с ним, действительно, периодически возникали конфликты. Видно, ему воображение не давало спокойно жить. И я был для него, воображаемым соперником. Спустя время, Разан и впрямь стал для некоторых ребят лидером своей шайки. Многие ребята из класса поддались под его способность верховодить и отчётливо начали следовать за ним. В нашем классе были и другие ребята, которых прельщала слава и лидерство. Были и другие, например, как я, мне была безразлична вся эта мышиная возня. Мы чётко знали, что могли постоять за себя и не лезли в клан, созданный нашими одноклассниками. Так уж выпало мне, не знаю почему, но моё лицо и моя индивидуальность не давали покоя другим. По этим причинам, у меня возникали всевозможного рода конфликты, в разном возрасте. И время от времени, мне приходилось защищать кулаками свою честь и доброе имя. Мне никогда не нравилась толпа, я не любил находиться в общей массе. Я всегда ощущал некое волнение и напряжённость. Ну, это и очевидно, потому, что никогда не знаешь, от кого чего ждать.
Уже в начальном классе, я подрался со своим одноклассником Мишкой, которого подослали старшеклассники, чтобы спровоцировать эту драку. Ими было всё продумано и в стандартной схеме отработано. Он начал говорить что-то обидное. Слово за слово, мы начали толкать друг друга. Тут подлетели старшеклассники, потому что это всё было на перемене, и кто-то из них сказал мне, что я буду махаться с Мишкой. (Мишка. Осужден.) Так называлась раньше драка, я сказал, что буду, им этого и было надо, они обрадовались, что спровоцировали драку. Окружающие на перемене слышали это, и слух расползся быстро по другим классам. Мы пошли на урок. Со мной сидел за партой одноклассник Алексей, который, как и я, плевал на все кучки и шайки, созданные в нашем классе (Алексей. Умер. Инфаркт). Лёха был хороший парень, он отличался от всех тем, что совсем не ругался матом, не курил, как многие, был добропорядочным, старался хорошо учиться. На физкультуре, он был первым, по росту, а я четвёртым. Он был чем-то похож на свою мать, хорошую ответственную женщину, которая всегда переживала за своего сына.
Да, конечно, я волновался. Но одноклассник Лёха, меня психологически поддерживал и настраивал. Закончился урок. Не знаю, по каким причинам, но эту драку почему-то переложили на другой день. Ко мне подошли старшеклассники и сказали, что мы будем драться завтра. «Завтра так завтра», – сказал я. Мы с Лёхой шли в одном направлении домой, он жил чуть подальше, на соседней улице. Шмыгая носом из-за гайморита, он убеждал меня, что мне сегодня надо усиленно позаниматься физическими упражнениями и подготовиться к завтрашнему дню. Придя домой, я бросился делать упражнения с гантелями, которые подарил мне отец. Обычно гантели лежали без моего внимания, и я не так часто подходил к ним. Но в этот раз, моя настойчивость удивила отца, ему сразу бросилось в глаза, что я, придя со школы, даже не садясь за уроки, взялся тут же за гантели, которые раньше меня так сильно не интересовали. Конечно же, он понял, в чём дело. Отец подошёл ко мне и попытался успокоить:
– Ты перегрузишь себе мышцы, и завтра они будут болеть. И если тебе придётся завтра драться или понадобится делать что-то физически, то ты не сможешь это сделать на все сто процентов. Тут главное голова, психологический настрой и спокойствие.
Он говорил мне это, ничего не спрашивая о том, что у меня произошло. Но было такое впечатление, что он в курсе всех событий и как будто знает, что завтра мне предстоит встретиться с соперниками, которые затеяли это специально.
