Мы выбрались из канализации. Рассвет над городом был лимонно-жёлтый и холодный. Одиннадцать перемазанных в дерьме «волков» стояли навытяжку, а Юля, морщась, вытряхивала из ботинка на снег содержимое канализации.
— Не могли они, что ли, спрятаться где почище? — ворчала она.
— Отставить разговоры, — сурово оборвала я. — Старший, доложить результаты.
Старший группы отчеканил:
— Три вражеских элемента ликвидированы. С нашей стороны потерь нет.
Юля, набрав горсть снега, умывалась. Её угораздило искупаться с головы до ног, и она была очень зла. Мы полночи гонялись за тремя истинноорденцами по всей канализационной системе города, наглотались дерьма и промокли, но цель была достигнута. Это мы называли «крысиной охотой».
— Чёрт, грязновато, — отплёвывалась Юля. — Фу, меня прямо выворачивает!..
— А ты как думала? — усмехнулась я. — Нам приходится драться не только в поднебесье. Ну что, жалеешь, что пошла?
— Всё было бы замечательно, если бы было посуше и не так воняло, — буркнула она в ответ.
Я распорядилась:
— Прочесать весь город на предмет возможных оставшихся вражеских элементов. Трое берут северную часть, трое южную, трое восточную, а двое и мы с президентом возьмём западную. До начала дневной человеческой активности в городе осталось два часа, так что надо успеть.
К восьми часам утра было установлено, что город чист.
— Я бы не прочь принять сейчас душ, — сказала Юля.
— Это придётся отложить, — ответила я. — Разведка докладывает, что в соседнем городе обнаружены следы пребывания истинноорденцев. Похоже, крупная группировка обосновалась в канализации и жрёт жителей без разбора. Снова предстоит крысиная охота.
— Опять лезть в дерьмо?! — вскричала Юля.
— Ты сама вызвалась помогать, — ответила я сухо. — Впрочем, я тебя не держу. Можешь лететь на базу и мыться.
Юля помешкала и сказала:
— Нет, я с вами. Я хочу убивать этих мерзавцев.
— Тогда полетели.
Данные разведки подтвердились: в городской канализации уютно расположилась группа из шестнадцати «крыс». Снова нырнув в дерьмо, мы обрушились на них. Юле опять «повезло»: вспоротый ею живот «крысы» излил на неё поток недавно высосанной, уже начавшей сворачиваться крови.
На этой охоте мы потеряли одного бойца — Эрику Райнер. Перед возвращением на базу я велела всем искупаться в ближайшем проточном водоёме, чтобы смыть основную грязь и не тащить её на себе на базу. Мы разбили на реке лёд и по очереди искупались в проруби, ныряя в воду прямо в одежде. У Юли был с собой пакетик шампуня, и она долго мыла голову, ворча:
— Теперь сколько ни мой, волосы всё равно будут пахнуть…
На базу мы вернулись только к вечеру. Незадолго до нас вернулись две другие группы, которые, по всей видимости, тоже охотились не в самых чистых местах: вся душевая была занята, а в ящике лежала куча грязной одежды.
Юля пошла мыться последней, попросив Викторию принести её махровый халат, полотенце и тапочки.
Карина на этот раз не вышла меня встречать, и мне стало тревожно. Остановившись в дверях её комнаты, я увидела её сидящей на кровати — грустную, нахохлившуюся. Я улыбнулась ей, но она не улыбнулась в ответ, не бросилась ко мне и не повисла на моей шее.
— Всё хорошо, родная. Видишь — я вернулась, целая и невредимая.
Её глаза были усталыми: она не спала всё это время ни минуты. Когда моя ладонь коснулась её щеки, она закрыла их.
— Я так устала за тебя бояться, мама.
Измотанная бессонным ожиданием и тревогой, она была бледной, как юная хищница. Я откинула одеяло и заставила её улечься, укрыла её и поцеловала.
— Всё, малыш, я дома. Спи. Скоро всё это закончится.
Каспар прибыл на базу для сопровождения Юли: она возвращалась домой. С собой они уносили урну с прахом.
— У меня для вас послание от вашего мужа. Он хотел бы, чтобы вы…
— Я и сама собираюсь слетать к нему в Питер, узнать, как дела, — перебила Каспара Юля. — Летим к нему прямо сейчас, а потом в штаб-квартиру «Авроры».
А я, назначив Алекса моим заместителем, взяла Карину на мой любимый необитаемый остров, где мы с Юлей когда-то отдыхали. Карине было просто необходимо увидеть небо и подставить побледневшее лицо солнечным лучам, послушать шум океана и взбодриться под прозрачными струями родника в глубине острова.
Тёплый песок утекал между пальцев Карины, а в её каштановых блестящих волосах белел цветок лилии.
— С самого детства не играла с песком, — сказала Карина с задумчивой улыбкой. — Всегда мечтала построить из него большой-большой замок.
— Давай построим, — согласилась я.
