– Эй, девка, выходи. Параша господина воняет. Он недоволен! – эту фразу второй вояка явно адресовал мне. Неужто он надеется, что при упоминании вонючего горшка Шильтэ, я прибегу и буду умолять вернуть меня в поместье? Мерзкие солдафоны, как же я их ненавижу! Именно эта троица постоянно издевалась над рабами. То била нас палками, то запирала нас в холодном сарае. Слышала даже, что они приставали к некоторым девочкам!
– Гилд, Фобб, смотрите в оба. Эта крыса может прятаться, где угодно. В трех лигах отсюда есть деревня. Поищем там, а после повернем назад, – я замерла прислушиваясь. Это явно голос Тарима – их командира. Интересно! Говоришь в трех лигах, какая ценная информация!
– Зачем поворачивать, босс? Ведь только рассвет?
– Затем, Фобб, что господину не нужны проблемы с Фурином. Ты же знаешь, что отношения напряженные, – Тарим явно не в восторге от этого конфликта. Они продолжали что–то обсуждать и, параллельно, выкрикивали мое имя. Но с каждой минутой, их голоса пропадали среди тишины леса.
Хотя, звуки окончательно стихли, но я все еще не решалась подняться. Так и пролежала на холодной земле несколько минут, пытаясь успокоиться и прийти в себя. Собираясь встать, я увидела небольшой куст лесной либрихи. Ее красные ягодки скрывались за листьями, от чего, я не увидела их сразу. Все еще не решаясь подняться, я подползла к кустарнику и начала жадно собирать сочные ягоды, которые от такого холода, тоже покрылись инеем. Они были размером с ноготь, очень мягкие и сочные. Я запихнула горсть либрихи в рот и начала наслаждаться сладким вкусом. Ее сок моментально заполонил мой желудок, и он перестал урчать как дикий зверь. Я поднялась на ноги. Нужно двигаться дальше и уж точно не по главной дороге.
Впереди еще три лиги по замерзшему и холодному лесу.
Я дошла, а точнее, доползла до деревни, где–то к обеду. Зимнее солнце уже явно было не в зените, но все еще светило достаточно ярко. Войдя в городские ворота, меня встретила оживленная толпа на улице. Их дома выглядели как один большой кусок угля, что свидетельствовало о недавнем пожаре. В воздухе витал запах костра, а с неба, будто снег, падал черный пепел.
Мужчины, одетые в меховые шапки и куртки, таскали обгоревшие бревна и выносили их на поляну за воротами, Другие мужики приносили новую древесину для отстройки поврежденных зданий. Работали даже женщины – часть из них выносила сгоревшую утварь, а другая половина прямо на улице в котле готовила обед. Чем ближе подходила к ним подходила, тем сильнее пахло тушеным мясом, луком и картофелем. Я приложила ладонь к своему урчащему желудку. Нужно найти таверну. Умираю с голоду.
Оглядевшись по сторонам, я заметила, что не вся деревня сгорела. Большая часть построек в центре осталась либо нетронутой, либо сгорела лишь незначительная часть. Однако, все жители деревни трудились над восстановлением пострадавших зданий. Меня никто не замечал, никто не смотрел в мою сторону и не задавал вопросов. Ну что же, это очень даже хорошо. Не нужно оправдываться и рассказывать не существующую легенду. Хотя, «историю» своей тяжелой жизни я придумала еще в лесу. Надо было же чем–то голову занять.
Тяжелая дубовая дверь со скрипом открыла мне путь в таверну «Золотой колос». Меня встретил ароматный запах тушеного мяса и костра. Внутри было очень бедно и грязно. Интерьер совсем не соответствовал названию. Старые чумазые столы. Вместо стульев либо бочки из–под вина, либо доски, прикрученные к деревянным стенам. Людей было не много, так что хозяйка сразу заметила мое поведение.
– Приветствую, милочка. Какими судьбами ты тут?
Хозяйка таверны была достаточно молода и привлекательна. Больше всего в глаза бросались ее черные как уголь волосы, большие и пухлые губы и стройная фигура. Возможно, благодаря своей яркой внешности, это местечко до сих пор держится на плаву.
– Доброго дня, хозяйка, – я подошла к стойке, за которой стояла женщина, – Мне очень нужна комната на одну ночь.
– Три Серебреника и комната твоя, – с натянутой улыбкой произнесла девушка.
– У меня нет денег, но я могла бы, – я не успела договорить, как меня перебили.
– Нет денег, нет койки. Давай, проваливай! Благотворительностью я не занимаюсь! – хозяйка даже не стала слушать меня и начала указывать на выход. Помимо яркой внешности, она еще имела паршивый характер.
– Я могла бы отработать свой кров. Видела, что в деревне случился пожар и многие лишились дома. Как думаешь, хозяйка, куда они пойдут вечером греться, ужинать и спать? Тебе одной этой ночью не справиться. Ты захлебнешься в таком потоке, и я сомневаюсь, что кроме тебя и того мужика на кухне, тут кто–то работает! – не знаю, откуда во мне взялась эта наглость, но по лицу хозяйки я поняла, что она задумалась над моим предложением.
– Хорошо, одна ночь, – хозяйка посмотрела на меня долгим оценивающим взглядом, а затем вздохнула, – Будешь разносить заказы, драить полы и готовить комнаты для постояльцев. Иди за мной, покажу тебе твою койку, – девушка вылезла из–под барной стойки и направилась к лестнице. – Марк!
