«Я хочу, чтобы ты снова была в кармане, когда начнется битва», сказал я ей. Энергия по-прежнему была со мной, несмотря на то, что Драгер отказался от своей партии ранее.
Я был готов к тому, что она откажется, но она сначала хорошенько все обдумала, прикинув все это в уме.
«Ладно, я обещаю использовать карман, если битва выйдет из-под нашего контроля. Но до тех пор я хочу быть здесь и видеть, что происходит. Мне не нравится, что наша связь приглушена, когда я нахожусь там».
Тогда Драгер постучал по блокам нашей связи, и я установил связь.
«Морган должна подождать в Ланкорте, пока мы будем бороться», — внезапно сказал он. «Мне не нравится, как мама реагирует на все это. Она слишком самоуверенна. Если Морган подождет в Ланкорте, она сможет сбежать обратно на Землю, если случится худшее».
Тот факт, что он тоже беспокоился о ней и пытался защитить, вывел меня из себя. Но, в конце концов, чем более могущественные существа будут защищать ее, тем в большей безопасности она будет. При условии, что он больше никогда не прикоснется к ней.
«Теперь я смогу оставаться в Ланкорте без проблем?» спросила Морган.
«Конечно», — сказал Драгер, демонстрируя свое высокомерие. «Теперь ты — одна из нас. Ты можешь пойти куда угодно и выжить».
Морган кивнула, довольная этой правдой.
«Но я не собираюсь этого делать».
Энергия Драгера усилилась, и было ясно, что он собирается возразить, но она вмешалась первой.
«Худшего не случится», начала она, «а если и произойдет, то я здесь, с Зи. Мы неразлучная пара, и куда бы он ни пошел, я, черт возьми, пойду туда же. Даже если это будет в следующей жизни. Хотя я ценю, что ты пытаешься защитить меня, Ланкорт — то предложение, от которого я могу отказаться. Извини».
Часть меня хотела заставить ее уйти. Заставить ее оказаться в безопасном месте. Но мы ни за что не смогли бы выдержать такую долгую разлуку. Мы не были связаны заново.
Был также риск, что в Ланкорт проникнет галатор… они могли убить ее в одно мгновение. Так что нет, она останется со мной, где будет в наибольшей безопасности.
Где я защищу ее ценой своей жизни.
ГЛАВА 39
МОРГАН
— Как тебя зовут?
Меня уже тошнило от того, что я называла ее мамой-драконом. На самом деле она не была мамой, она родила, и только.
— Королева Роза, — сказала она, выглядя довольной собой.
Королева Роза, жуткая сучка, повисла на руках у Драгера, всегда улыбаясь, но как-то очень тревожно.
— Я была из бедной семьи, — сказала она, будто я была достаточно заботлива, чтобы задавать еще вопросы. — Бедная, жалкая и ниже некуда. Из тех, когда мою маму отправили продавать себя, чтобы мы могли прокормиться, а мой отец… причинил мне боль. — Она прочистила горло, и улыбка погасла. — Когда мой Торн пришел за мной, это был счастливейший день в моей жизни. Он украл меня прямо из постели в мой восемнадцатый день рождения, привел в Ксалифер, и через день мы стали парой. Он спас меня, и теперь я — королева. Мне больше никогда не придется беспокоиться о моей ужасной семье, которая все равно давно мертва.
Ее смех был подобен веселому звону, уносимому легким ветерком, который поднялся в тот момент, когда мы вышли из леса.
— Тебе было всего восемнадцать? — тихо спросила я. Когда этот Торн заключил с ней брачные узы, ее старение прекратилось, так что она навсегда осталась подростком. — Восемнадцатилетняя и похищенная?
Ее взгляд был пронзительным, а голубизна стала еще более ледяной.
— Не жалей меня, дитя. С тех пор я прожила миллион жизней, и все они были замечательными.
Да, особенно в том, где ты пыталась убить своих гребаных детей, психопатка.
Как человек с не самыми замечательными родителями — совсем не похожими на ее, конечно, так что я считала себя счастливчиком — я не испытывала сочувствия к женщине, которая причиняла боль своим детям.
— Тебе следовало бы учиться на ошибках своих родителей, — коротко сказала я ей. — Они причиняют боль тебе, а потом ты причиняешь боль своим детям. Ты ничем не лучше их, даже если смотришь на них свысока, считая их бедными и жалкими. Они были продуктом своего времени и того, что им нужно было делать, чтобы выжить. У тебя нет такого оправдания.
Теперь она не улыбалась.
— Ты не понимаешь. Для нас это также было вопросом выживания. У меня было слишком много детей. Обычно у нас рождается только один, может быть, два, но у меня было пятеро. И, несмотря на то, что двое родились первыми, а остальные трое позже, они все связаны, как если бы были в одной капсуле. Мы создали силу, слишком сильную, чтобы ее можно было…
Я ударила ее.
Я действительно не могла объяснить, что на меня нашло, но пока она болтала об убийстве своих детей, мой взгляд заволокло красной дымкой, и я рванула ближе к Драгеру и ударила кулаком по ее гребаному лицу.
Ее голове некуда было деваться, потому что она была прижата к твердой груди Драгера, и мне было гораздо больнее, чем я ожидала.
Но ей тоже было больно.
Она рычала, вырываясь из рук Драгера, пытаясь добраться до меня. Тонкая струйка темно-красной крови сочилась из ее губы, но она не могла вырваться.
