Байкерша полностью

"Ахаха, ахаха…" – завораживающий голос Мумий Тролля вырвал меня из сна.

Блядь! А так все охуительно было! Я мчалась на чёрном дукати, и мы с ним слились, как самые страстные любовники, которые должны были рассечь рассвет…

И почему утро всегда наступает так безжалостно быстро?

Наконец, выключила разрывающийся телефон. Надеюсь, на пути в ванную никто не попадется, потому что настроение у меня, мягко говоря, никакое!

Выйдя из душа, почувствовала себя почти живым человеком, ага, которому для начала неплохо бы выспаться. Но что имеем, то имеем. Осталось только позавтракать и можно идти на работу.

Пока пила чай с бутербродом, листала ленту в соцсетях и с сожалением отмечала, что за ночь ничего примечательного не случилось.

Ох, быстрее бы вечер! Так хочется уже почувствовать драйв от полёта на моем красавчике.

Дома ещё все спали, так что беспрепятственно вышла из квартиры и, включив любимый плейлист, неторопливо пошла на встречу с подругой.

– Даша, опять витаешь в облаках?

Ко мне приблизилась моя коллега, с которой мы еще и хорошо дружили вне рабочих стен.

– Ничего я не витаю, просто музыку слушала, – я увлеченно собирала наушники, чтобы они не запутались.

– Готова к поездке? – отвлекла меня Лена.

– Даже сумку ещё не собирала. Если честно, совсем не горю желанием куда-то ехать, я буду скучать по своему коню.

– Митрофанова, ты не исправима! Что значит, не хочу? Может, найдешь там себе принца.

– Нахрен он мне сдался? – ехидно улыбнулась.

– Ай-яй, ты же леди, – рассмеялась подруга.

– Не будь ханжой и не напоминай мою маму. И почему если девочка, то надо быть принцессой? И чтобы ни-ни до свадьбы, никаких бранных слов, а то сразу из принцессы превращаешься в сапожника!

– Просто мат – это некрасиво, особенно из уст девушки, тебе разве нравится, когда местная шпана через слово хуй вставляет?

– Нравится, не нравится, какая разница? Мне с ними детей не крестить. А мат, знаешь ли, вместо тысячи слов. Вот ты думаешь, мне легко в мужском коллективе? Если буду из себя кисейную барышню строить, всерьёз никто воспринимать не будет! А так я как братан, а не объект вожделения. Это ты в бухгалтерии сидишь, а я с этими акулами в одном котле варюсь.

– И что плохого в том, чтобы быть объектом вожделения?

– Мне с ними ещё работать, так что, пусть к древнекитайской горе Кхуям идут и там ищут себе кого угодно.

Я так увлеклась разговором, что не заметила, как мы почти дошли до работы. Остался последний перекресток, где загорелся зелёный свет для пешеходов. Мы, весело продолжая разговор, начали переходить дорогу.

Уж не знаю, что мной двигало, наверно, какое-то седьмое чувство, но я вдруг резко остановилась и придержала Лену. В ту же секунду мимо нас промчался черный внедорожник.

Никогда не думала, что время может так растянуться, а секунда будет казаться вечностью.

Я помню его взгляд: строгий, недоумевающий и злой. Как будто на его пути попались назойливые мошки.

Ёкарный бабай! И как потом не материться?!

– Пиздец,– только и смогла произнести Лена, а я уже тащила её через дорогу, предварительно покрутив пальцем у виска вслед уехавшей машине.

– Ебать, и не говори мне сейчас, что я девочка. Мне похуй, вся жизнь перед глазами пробежала.

Уши ещё были заложены от шока, и я слышала звуки извне, как через вату.

– Даша, а где ты научилась материться? – спросила вдруг Калашникова.

Я понимала, что у неё шок, и она хочет переключиться на что-то другое, да и я хотела тоже. Поэтому начала вспоминать.

– Ты же знаешь мою маму, у нас с этим было строго. Если что-то услышит, рот с мылом мыть заставляла. Да я и сама росла тихим, домашним ребенком и хотела быть принцессой.

– И что же превратило принцессу в Халка? – рассмеялась подруга.

– Не что, а кто! Люди. Они постоянно доказывали, что по нормальному не понимают. Я же говорила, что после института проходила практику в школе?

Это был ад.

– Современные дети – это тихий ужас. Я им про классику рассказываю, а они спрашивают, был ли секс у Онегина с Татьяной. Я и краснела, и бледнела, а потом вспомнила про второй русский.

– Второй русский?– подруга недоумевала.

– Да, так мы в институте величали мат.

– Едрить колотить, этому ещё в институте обучают?

– Конечно, это же как диалект или жаргон, тоже часть языка. А ты, кстати, когда в шоке, тоже можешь что-то выдать.

– Мне кажется, я только это и говорю "Блядь", "Пиздец" и "Едрить колотить".

– Мой лексикон тоже не обширен, обычно хватает чего-то одного, и у человека случается шок от нестыковки моего ангельского вида девочки-припевочки и слов, которые я произношу. Я, конечно, могу мило беседовать, как в восемнадцатом веке и говорить: "Сударь, не изволите ли вы покинуть меня, я от вас устала". Но думаю, в ответ он ещё больше затупит, и диалог будет примерно такой:

Я свое изречение в стиле леди.

– Чаво?!!

– Съебался! – гаркну я.

– Так бы сразу и сказала, что ходила вокруг да около.

– Вот такой бы был диалог. Понимаешь, Лена? Сейчас не то время и намёки никто не понимает. А лучшая защита – это нападение, так что я предпочитаю нападать, а не защищаться!