– Ты хоть удочку-то держал, рыбак?
– Нет, а ты?
– Ну так, немного.
Кое-где вдоль дороги попадались остановки, хотя населенных пунктов видно не было. Примерно на полпути друзья заметили на одной из них парня, своего ровесника. Остановились узнать, не нужно ли его подбросить, а то уже почти семь часов, может автобусы больше и не ходят. Кто знает? Парень будто застрял где-то в девяностых или нулевых. Одежда поношенная, какая-то аляповатая. Слишком большого размера, как сейчас говорят «оверсайз». Однако этот парень был не особо похож на современного любителя безразмерной одежды. Ребята видели подобный стиль на фото из родительских альбомов. Ну и ладно, если пацан любит моду прошлого, это его дело. Не наделал себе татуировок с пирсингом по всему лицу и телу – и то хорошо.
– Друг, тебе куда? Может подвезти? – спросил более общительный Олег.
– Здравствуйте. Мне в Лесокрутово. – Небольшая спортивная сумка, такая же потрепанная, как и одежда, стоптанные кроссовки. Лохматые русые волосы и голубые глаза. Довольно высокий и худой, парень был похож на большого грустного пса.
– Ой, нам туда же. Ты из поселка? Говорят, у вас там места для отдыха хорошие?
– Да, – парень улыбнулся, – места и правда хорошие – рыба, грибы, ягоды. Меня, кстати, Васей зовут. Вася Селезнёв.
Паренька усадили на заднее сиденье к Ире и поехали дальше. Новый попутчик был не слишком разговорчивым, будто не привык находиться в компании. Он показал почти неприметную дорогу к большой и удобной поляне.
– Слушай, Вась, ты сильно спешишь? Может с нами потусуешься, а? – предложил Олег, считавший, что чем больше людей, тем веселее.
– Да, я как-то… – замялся парень, увидев, как Миша достал из багажника палатку, а Ира еду.
– Ерунда, мы приглашаем, – Олег хлопнул рукой по худому плечу, поняв мысли гостя. Сам Крайнов вырос в бедной семье и знал, каково это, когда хочешь быть частью компании, но у тебя ничего нет. Ни мяча, чтобы всем вместе поиграть, ни приставки, ни денег на кино или кафе. Сейчас Олег подрабатывал и, имея свои деньги, уже не чувствовал себя обузой. Но эти ощущения ему не забыть никогда.
– Правда, оставайся, – поддержала Ира. Миша кивнул. – Потом, если захочешь, с нами заночуешь, а нет, так в посёлок тебя проводим.
– Хорошо, – сдался парень.
– Так, план таков. – Главный суетолог собрал остальных вокруг себя. – Ставим палатку, ищем хворост, разводим костер. Пожарим сосиски, бутербродов пожуем. А завтра основная программа – шашлык, рыбалка, по лесу побродим, может ягод каких соберём. Есть возражения?
Возражений не было. Парни споро поставили палатку, потом Миша с Васей отправились за хворостом. Уже смеркалось и Савицкий опасался, что они могут заблудиться, но Селезнев уверенно вел его через лес. Они быстро собрали достаточное количество дров. Однако в лагере ребята озадачились тем, на чем им сидеть. Все же люди городские, к голой земле непривычные. Вася почесал щеку, потом махнул Михаилу, чтобы шел следом. За короткое время их знакомства эти двое заметно прониклись друг к другу. Оба серьезные, немногословные, предпочитающие делать, а не говорить. Местный житель нашел две большие хорошие коряги, на которых можно было расположиться с некоторым комфортом. Только дотащить их оказалось той еще задачей.
Едва уставшие мальчишки опустились на импровизированные скамейки, как из леса, на самой границе с речкой, появилось новое лицо. Надо сказать, что поляна, где расположились наши герои, с одной стороны выходила к берегу реки, а с трех других ее окружал лес. Удивительно, что дорожная колея подходила к самой поляне и ребята, хоть и с некоторым трудом, смогли припарковаться на самой опушке.
Сначала все немного испугались – кто это на ночь глядя к ним пожаловал? Издали некто казался черным и страшным. Но когда пришелец подошёл ближе, в нем разглядели бодренького старичка лет семидесяти. Седой, бородатый, в кирзовых сапогах, драной фуфайке, на голове битая молью разлапистая ушанка. И все это несмотря на жаркую погоду. В руках дедуля держал здоровую сетку с живыми раками. Ребята расслабились – местный житель возвращается домой с промысла.
– Здорово, молодёжь! – поприветствовал старик.
– Здравствуйте.
– Отдыхаете?
– Ага.
– Можно и я тут с вами посижу? Измаялся шось. А я вам раков отдам. Наловил вот, да куда мне одному-то столько?
– Присаживайтесь, конечно, – засуетилась Ирина. – Сейчас костер разведем, поужинаем. Я Ира, это мой брат Миша, это Олег, а это Вася.
– Что, Василек, к мамке? – спросил дед, повернувшись к односельчанину. Паренёк кивнул, мол, к мамке. – Успеешь?
– Успею, деда.
– Эх, как время-то бежит, – вздохнул старик. – Я ж мамку твою вот такой помню. – Он показал рукой расстояние с полметра от земли. – Шустрая девчушка была. И батьку твого, Петра, таким же знал. Про тебя и говорить неча. – Потом, словно опомнившись, дед снова обратился к городским. – Меня Панкрат Кузьмич звать, можете дедом Панкратом кликать.
Говорил он в той почти позабытой манере, что была присуща только деревенским, особенно старикам. У городских такой говорок редко услышишь.
