– Ха! Хотите посмотреть? – воскликнул Джейк. Повернув ключ в замке, он поднял крышку. Вместо пустой коробки Сабрина увидела винтовую лестницу и немедленно почувствовала знакомое покалывание от волшебного предмета.
– Дафна первая, – сказал дядя Джейк, помогая девочке забраться на лестницу. Дафна посмотрела на бабушку Рельду в неуверенности, стоит ли это делать, но бабушкин кивок разрешил ей идти. Следом пошла Сабрина, а за ней дядя Джейк.
– Мам, пойдешь с нами?
У края сундука Сабрина увидела взволнованное лицо бабушки.
– Нет, кто-то должен остаться здесь, – ответила старушка. – К тому же, я собиралась испечь кексы и отнести их Робину и Малышу Джону.
– Будь осторожна, – сказал дядя Джейк.
Бабушка пообещала, что будет, и исчезла из вида.
Сабрина изучила внутреннюю сторону сундука. Свет был тусклым и становился тусклее, когда они спускались. Когда они опустились в полную темноту, дядя Джейк достал маленький красный амулет из одного из карманов пальто. Он что-то прошептал в него, и амулет осветил им путь. Они продолжили спускаться, шаг за шагом, и Сабрина начала убеждаться, что дна нет. Она уже было предложила вернуться, когда услышала, что сестра во что-то врезалась. По стону можно было понять, что это было что-то довольно твердое.
– Никто не мог предупредить меня, что тут будет дверь? – недовольно спросила Дафна.
– Извини, – откликнулся дядя Джейк. – Открой ее, но не иди, пока не посмотришь в обе стороны. У этих сундуков путешественника склонность к неопределенности, а дверь ведет в настоящий мир. На той стороне может быть все что угодно.
Открыв дверь, Дафна посмотрела налево, затем направо.
– Вроде все чисто, – сказала она, проходя через проем. Секунду спустя Сабрина услышала громкий всплеск и крики Дафны о помощи.
Сабрина высунулась из дверного проема. Снаружи она увидела, что сестра то всплывает, то тонет в канале. Она чуть не упала сама, но дядя Джейк вовремя втянул ее обратно.
Несколько мужчин в белых штанах и рубашках, стоящие на длинных, тонких лодках, маневрировали по водному пути, загребая высокими шестами. Один из них шестом подтолкнул Дафну к берегу канала, где ее выловил дядя Джейк.
Когда девочка благополучно вернулась на землю, она полезла в карман за словариком, но книжка, разбухшая от воды, оказалась испорчена. Лицо девочки стало раздраженным, и она бросила словарик в ближайшую мусорку.
– Что в этом случае значила «неопределенность»? – злобно спросила она.
– «Неточность», – ответила Сабрина.
Дафна нахмурилась.
– Нужно было спросить раньше, – продолжила Сабрина.
Дафна нахмурилась сильнее, затем вылила воду из обуви.
– Добро пожаловать в Венецию, девочки, – провозгласил дядя Джейк.
Сабрина осмотрелась вокруг. Страшила оказался прав. В Венеции не было улиц, по крайней мере в той части города, куда они попали. Однако окрестности, кажется, соединялись сложной системой каналов, обрамленных узкими тротуарами. По обе стороны канала возвышались роскошные отели, офисы и квартиры так, что дверей не достигала вода, по которой плавали лодки различных форм и размеров: некоторые были такси, другие – туристические, для романтических прогулок через величественные арки и мосты Венеции. Как коренной житель Нью-Йорка, Сабрина редко чем-то впечатлялась помимо Большого Яблока. После того, как человек однажды увидел Статую Свободы или попробовал хот-дог Натана на Кони Айленд, причин смотреть на остальной мир оставалось мало. Но, надо признать, Венеция внушала трепет.
– Итак, где же Златовласка? – Сабрина оторвала внимание от удивительного пейзажа и повернулась к родственникам. И заметила, что дядю будто что-то загипнотизировало. Он смотрел на третий этаж отеля через канал.
– Там, – и он указал на красивую женщину, стоящую на балконе. У нее были светлые кудри, ровный загар и теплая улыбка. Она также смотрела на прекрасный город.
Потрясенная Сабрина не знала, что делать: плакать или смеяться. Многие месяцы она и Дафна думали, что родители бросили их, потом узнали, что их похитили. Их спасение утешило мало, так как оба стали жертвой заклятия. А сейчас и эта помеха почти преодолена. В сердце зародились надежда, удивление и радость, грозя взорваться, как бутылка газировки. На лицах родственников тоже отразились эмоции. Дафна, хоть и промокшая, улыбалась от уха до уха. Усталость дяди Джейка словно рукой сняло, и он махнул рукой девочкам, призывая их следовать за собой.
