– Мы в курсе ее проблем. А как вы ее лечите? Препараты? Терапия? Консультации? – поинтересовался Робин.
– Лечим? – переспросила медсестра Килька. – Она абсолютно не в себе. Такой мозг, как у нее, неизлечим. Бедняжка. То, что она видела… У меня бы, наверное, тоже крыша поехала, если бы я увидела, как съели мою бабушку.
Медсестра Килька повела их по длинному, стерильному коридору, остановившись у двери, на которой было написано «ТОЛЬКО МЕДИЦИНСКИЙ ПЕРСОНАЛ». На двери была дюжина прочных замков, а поперек нее стояла металлическая решетка. Очевидно, персонал не верил в заклятие барьера, как и Сабрина.
– Она прямо там, ребятки, – сказала медсестра, принявшись отпирать дверь. Когда она закончила и открыла ее, то отошла в сторону.
– А вы с нами не пойдете? – удивилась бабушка.
– Ни за что. У меня от нее мурашки. Но если я услышу ваши крики, обещаю прибежать.
– Спасибо, – пробурчала Сабрина.
– Кстати, – медсестра Килька проковыляла обратно по коридору. – Держите пальцы в карманах. Откусит.
– Возможно, мне стоит встать на охрану двери, – Барто заглянул в палату Шапочки.
Робин Гуд повел остальных в ярко‑белую палату с тюремными решетками на окнах. Повсюду были разбросаны карандаши и цветные ручки, многие были растоптаны и размазаны по мраморному полу. На стене были приклеены тысячи рисунков, все изображающие одну и ту же сцену: маленький домик в лесу и вокруг мама, папа, бабушка, собака и маленькая девочка в красном плаще. В руках мамы лежал ребенок.
Красная Шапочка сидела за небольшим розовым столиком, прикрученном к полу. У нее шло чаепитие с несколькими плюшевыми куклами, каждая была изуродована и изорвана. У многих были оторваны глаза, у остальных ноги и руки.
– Гости на чаепитие! – воскликнула Красная Шапочка, хлопая в ладоши и смеясь. – Пожалуйста, садитесь. У нас море чая.
– Рельда, если хотите о чем‑то спросить, не стесняйтесь, – сказал Малыш Джон, нервно поглядывая на девочку.
– Конечно, – откликнулась бабушка. – Я уже общалась с Шапочкой.
– Угу, когда она пыталась тебя выкрасть, а нас убить, – добавила Сабрина.
–
Они неуверенно подошли к столу, словно подкрадывались к горилле. Первой села бабушка Рельда, следом Дафна, Робин Гуд и уже потом Малыш Джон. Сабрина была рада постоять. Она чувствовала, что может лучше следить за невменяемой вечножительницей, если оставалась на ногах.
– Милая вечеринка, – сказала бабушка Рельда.
– Спасибо, – Красная Шапочка указала на пустую тарелку в центре стола. – Не хотите ли печенья? Их спекла моя бабушка.
– Спасибо, – повторила старушка, протянула руку и притворилась, что взяла одно из воображаемых печенек. Робин и Малыш Джон сделали то же самое, пока Красная Шапочка разливала воображаемый чай из чайника в каждую чашку.
– Шапочка, как ты себя чувствуешь? – спросила бабушка.
– Они забрали мою корзинку, – пожаловалась малышка. – Мне нужна корзинка. Я должна отнести ее бабушке. Она очень больна.
– Уверена, что тебе ее вернут, Шапочка. Мы бы хотели задать тебе несколько вопросов, – сказал Робин, притворившись, что делает глоток.
– У меня есть вопросы, – сказала Шапочка. – Так много вопросов. А люди в белых халатах не отвечают на них. Они говорят, что это все мое воображение.
– Что ж, как насчет того, чтобы поиграть в небольшую игру? Ты спросишь меня, а я постараюсь ответить, а потом я спрошу тебя и ты ответишь, – предложила бабушка Рельда.
– Игры! Люблю игры! – прокричала Шапочка. – Я первая!
– Очень хорошо, какой твой вопрос? – спросила бабушка, и Робин Гуд, достав из портфеля диктофон, включил его.
– Где моя кошечка? – спросила Шапочка.
Бабушка глянула на внучек, ища помощи. Очевидно, она не понимает вопроса девочки, однако Сабрина слишком хорошо знала, о чем спрашивает Шапочка. Она имела в виду Бармаглота, с помощью которого терроризировала город. Он был почти непобедимой машиной для убийств с тысячью зубов, но Шапочка считала его пушистым котенком. При помощи клинка, известного как Вострый Меч, семья убила Бармаглота.
– Она говорит о Бармаглоте, – прошептала Сабрина.
Лицо бабушки вспыхнуло.
– Шапочка, твоя кошечка спит.
– Спит?
– Да, он заснул и уже не проснется, – пояснила бабушка.
– О, – сказала Шапочка, успокоившись. – Я люблю свою кошечку.
– Может, тебе стоит завести новую, – предложил Робин Гуд.
– Маленькую такую, и зубов чтоб было поменьше, – подхватила Сабрина.
– И чтобы огнем не дышала, – добавила Дафна.
– Ваша очередь! – объявила Шапочка, откидывая грусть.
– Что ты нам можешь рассказать о Волке? – спросил Робин.
Красная Шапочка уставилась на него долгим взглядом. По всей видимости, она была в замешательстве, и Сабрина вспомнила, что так Шапочка однажды называла мистера Каниса.
– Он имеет в виду щеночка, – пояснила Сабрина. – Ты же помнишь щеночка, да?
– О, да! Щеночек, – ответила Шапочка. – Я любила щеночка, но он мог быть плохим.
– Плохим?
– Очень плохим. Он покусал бабулю, – объяснила Шапочка.
– Мы знаем, – сказала бабушка Рельда. – Нам интересно, что ты помнишь о ночи, когда он покусал твою бабулю.
