– Я знаю о людях, грабящих банк, но еще никогда не слышал о ком‑то, кто украл
– Очень странно, – откликнулась она. – К сожалению, эта тайна подождет.
Дафна высунула голову в окно и вытянула шею, чтобы лучше разглядеть. Когда девочка втянулась обратно в салон, выглядела она страшно испуганной и взволнованной. Она повернулась к Сабрине и сказала одними губами:
– Что произошло?
Сабрина пожала плечами, хотя ее сердце горело от совершаемого предательства. Девочка знала, что творилось в голове сестренки. Дафна думала, что оружие потеряно. Сабрина понимала, что должна рассказать, и Пак, судя по лицу, согласен, но она даже не представляла, как объясниться. Когда Дафна потянулась и коснулась своего ожерелья, Сабрина почти услышала раскаяние, крутящееся в голове младшей сестры.
Наконец дядя Джейк припарковался, и семья с трудом поднялась по лестнице здания суда. Только внутри Дафна дернула Сабрину за рукав и сказала бабушке, что они присоединятся к ним внутри через мгновение. Бабушка согласилась, но попросила внучек не тратить время впустую. Мистеру Канису необходима их поддержка.
– Ладно, я ошибалась, – сказала Дафна, прислоняясь к стене. Малышка выглядела так, словно ей это нужно, чтобы не упасть. Ее лицо раскраснелось, а в глазах закипали слезы. – Мы должны был взять оружие, пока могли. А сейчас мы никогда его не получим. Ты видела банк. Он разрушен.
Сабрина кивнула, однако ничего не ответила.
– Я должна была тебя послушать, – продолжила малышка.
– Да, ну, уже поздно, – сказала Сабрина. – Сама хотела быть главной и…
Пак, лягнув ее в ногу, одарил девочку гневным взглядом.
– Что нам делать с оружием? – вскричала Дафна. – Что, если мы его не получим из‑за моего упрямства, а окажется, что нам оно понадобится?
– Что‑то мне подсказывает, что оно найдется, – заверил Пак, зло глядя на Сабрину.
Двери судебного зала открылись, и оттуда выглянула бабушка.
– Ну же,
Зал был настолько заполнен, что любопытных граждан даже вываливало в коридор. Конечно же, новости о слушании быстро разошлись, и вечножители со всего города пришли посмотреть на то, что все называли «судебным заседанием века».
Мэр Червона и шериф Ноттингем с восторгом наблюдали за аншлагом. Сабрина услышала, как Червона предположила, что им стоило продавать билеты. Ноттингем согласился, и оба расхохотались.
Некоторые друзья семьи пришли поддержать их. Джепетто закрыл магазин игрушек, чтобы прийти и быть на стороне Гримм. Золушка и ее муж, обычный человек по имени Том, подошли и предложили устроить семейный ужин, однако бабушка отказалась. Мистер Семерка сидел сзади на стопке телефонных справочников, и даже крестные Шиповничек, неприязненно глядя на дядю Джейка, пожелали семье удачи. Но еще большим сюрпризом была Белоснежка, которая протиснулась в их ряд и села рядом с бабушкой Рельдой. Она ничего не сказала, просто взяла руку старушки в свою и сжала.
– Прости меня, Снежка, – сказала бабушка.
– Я знаю, что вы никогда бы намеренно не навредили мне, Рельда. И вы простите меня, – ответила мисс Снежка.
К ним присоединилась Шиповничек. Она села рядом с дядей Джейком и взяла его руку. Дядя Джейк улыбнулся.
– Уверена, что хочешь, чтобы весь город знал, что ты встречаешься с Гриммом?
Кивнув, Шиповничек чмконула его в щеку. Что в ее, что в его глазах лучился свет, а в голосах слышался смех. Сабрина видела похожие выражения на лицах родителей каждый день, который помнила. Спящая красавица и ее бесшабашный дядя были влюблены друг в друга.
Робин Гуд и Малыш Джон вошли в зал, как раз когда несколько карточных солдат привели мистера Каниса к столу. Робин похлопал его по плечу и открыл портфель. Роясь в бумагах, адвокат краешком глаза наблюдал на Синей Бородой. Тот остановился у ряда Гримм и, склонившись ближе, улыбнулся мисс Снежке.
– Снежка, кто‑то должен арестовать тебя. Это преступление – быть такой прекрасной, – сказал он.
Женщина натянуто улыбнулась, но когда жуткий мужчина отвернулся, Сабрина заметила, как она с отвращением закатила глаза.
– Всем встать! – провозгласила Тройка Пик. – Председательствует достопочтенный судья Шляпник!
Через боковую дверь вошел судья Шляпник. На плече он нес кувалду, постоянно спотыкаясь о свою длинную черную мантию. Усевшись, судья опустил кувалду и оглядел зал.
– О, вы вернулись. Что ж, полагаю, следует начать слушание, – предположил он, поднял кувалду и шандарахнул об столешницу, разнеся ее. – Мистер Синяя Борода, у вас есть какой‑нибудь свидетель?
– Конечно, сэр! Обвинение вызывает Говарда Хатчетта.
Двойные двери в конце зала открылась, и вошел мужчина в ярко‑синем костюме. У него были густая рыжая борода и мясистый нос. На голове красовалась ярко‑красная бейсболка с логотипом, рекламирующим какой‑то Хатчеттлэнд. Выглядел мужчина встревоженно, особенно когда увидел мистера Каниса. Она даже несколько раз пытался сбежать, но два карточных солдата останавливали его и тащили к месту свидетеля.
