— Моя задумка заключалась в следующем: я должен был открыть свой основной парашют и начать парить мягко, без резких движений, после чего отцепить его, сделать парочку акробатических трюков, и финал я хотел завершить на запасном парашюте. Та-да, занавес! Но вот только там было одно «но»… — Ник замялся, припоминая большую огненную глыбу, падающую с неба. А ведь синоптики обещали безоблачную погоду без осадков…
«Хах, вот и верь им после этого», — усмехнулся Ник, хитро глянув на замершего в ожидании Аллана.
— Метеорит, который я притянул на свою голову… А может это была нелепая случайность, не знаю. Знаю только то, что я пожелал увидеть метеорит, и мое желание исполнилось!
— Вот значит, почему я не смог найти твои координаты сразу после твоего падения… Во всем виноват МЕ-ТЕ-О-РИТ! — закричал Аллан, передразнивая своего друга.
После этих слов парни смеялись еще долго, даже не стараясь заглушить свои эмоции. Им теперь было что вспомнить…
Ведь жизнь существует даже после смерти.
28.02.2013
До эксперимента новой модели истребителя ЮС–21 оставался один день. Опробовать сей экземпляр выпало на мою долю. Я очень переживал по этому поводу. Ходил весь день на взводе, два раза умудрился сорваться на начальство. Как ни странно, мне не стали угрожать увольнением и лишать премии.
Голосование проводилось на испытание ЮС–21, когда я болел, и поэтому весь мой коллектив решил, что испытателем выступлю я как самый бесстрашный пилот. Видите ли, я делал вылеты в нелетную погоду. Но на этот раз меня терзало страшное чувство, что конец мой близко, и погибну я как летчик-испытатель.
Погода сегодня была просто чудесная, и я надеялся, что завтра будет таким же прекрасным, как и сегодня. После эксперимента, если конечно он будет удачным, обязательно подарю своему дорогому другу Джейкобсу уменьшенную копию ЮС–21 на День Рождения, которое состоится через два дня на острове Хонсю.
Вот и настал этот ужаснейший день из всех дней! Хоть погода и радовала, на душе все равно скребли кошки. Обходя ЮС–21, я осматривал каждую деталь: на первый взгляд они казались хрупкими, такие детали нагоняли на меня страх. Складывалось впечатление, что оторвись одна из них, и самолет канет в бездну, а вместе с ним и я… Однако опасения мои были напрасны: инженеры — конструкторы в нашей фирме были отличными мастерами. Но я почему — то все равно нервничаю.
Интересно, с чего бы это…?
Закурив сигарету, я минут с пять топтался на месте. Вскоре решив, что тянуть больше некуда, я сел в кабину пилота, включил двигатель и разогнался по взлетной полосе. Вот я в воздухе, стрелка барометра показывает триста метров от земли. Я стал подниматься выше и выше… Тем временем погода стала портиться прямо на глазах: заметно потемнело, где — то неподалеку прогрохотал гром. Я не намеревался спускаться вниз как никчемный трус! Решив для себя, что все уже предрешено, и я сам выбрал свою судьбу! Да и к тому же, сдаваться сейчас было просто бессмысленно.
Стрелка барометра показывает пятнадцать тысяч метров от земли — это самая минимальная высота для такого зверя. Я подумал, что для таких погодных условий лучше всего испытывать его на низком уровне. Начал облетать площадку, предназначенную специально для пробы самолетов. На этот раз моя задача заключалась в том, чтобы облететь территорию над Саргассовым морем.
Перед глазами всплыла статья из газеты «People» недельной давности. В этом море происходили мистические события: самолеты падали, корабли тонули, а из погибших так никого и не удавалось найти. Народ, живущий на Бермудских островах около этого моря, говорил: «Как только к середине моря подплывает корабль, или пролетает самолет, все небо сразу затягивается темной занавесью, и оттуда доносятся терзающие уши звуки и яркие вспышки, словно сам бес наводит там порядки. Увидев это один раз, больше такого видеть не хочется! Мы каждый день живем в вечном страхе. Услышав рев двигателя самолета или увидев на горизонте судно корабля, мы сразу разбегаемся по своим домам…»
Заметно потемнело. Разряд шаровой молнии едва не попал мне в крыло. Заморосил мелкий дождик, быстро превращаясь в ливень. Из кромешной темноты я еле различил красные пятна и легкое очертание смерча, который зарядил в меня очередным электрическим шаром. Будто сам дьявол в этот раз бросил мне вызов…
Я еле успел дернуть штурвал в другую сторону, и шаровая молния пролетела мимо.
«Стоило помедлить, и он попал бы точно в бензобак, и мне была бы крышка, но рано еще думать об этом. Меня этим не возьмешь, я не пуглив!» — подумал я.
— Ну, что, поиграем в кошки мышки!? Слышишь, я принимаю твой вызов, — кричал я во всю мощь, надрывая горло в микрофон.
Вихрь стал набирать скорость, с каждым разом забрасывая меня приличным скопом снарядов. Я прибавил скорости, и у меня еле хватало сил вывернуть штурвал истребителя от молний.
— Брати-и-и-ишь, держись! — кричал голос Джейкобса из рации.
