Граф Грегор, его брат и жена. Интересно, а Вайнер Ириер не наследовал титул? По всему выходит, что нет. Тогда, должно быть, он очень злился на брата. Как-то некрасиво и несправедливо одному брату отдавать все привилегии лишь по праву первого рождения. Особенно в случае с близнецами. Полагаю, между появлением на свет Грегора и Вайнера прошло всего несколько минут.
Занятая этими размышлениями, я сама не заметила, как забрела в какой-то кабинет. Уселась в удобное глубокое кресло и без зазрения совести принялась исследовать содержимое ящиков.
В верхних я не обнаружила ровным счетом ничего. Даже завалявшегося листика тут не было. Зато из нижнего вдруг выудила целую стопку счетов.
Ой, как интересно! И что же Вайнер Ириер покупал на досуге?
Примерно половина обнаруженной кипы составляли счета на доставку всяких изысканных яств. Я пробежала их взглядом, особо не вчитываясь. Но невольно хмыкнула, удивленная стремлением Вайнера жить на широкую ногу. Икра щеленогого ящера! Да она стоит целое состояние. А пропавший брат убиенного графа баловался этим деликатесом почти каждый день.
На стол легли и несколько листков с оплатой услуг портного. Камзолы, сорочки – жуть, сколько это стоит на самом деле! Какое счастье, что я предпочитаю покупать платья в лавке готового шитья.
– Ага, – вдруг проговорила я и поднесла очередную бумагу к лицу.
Это был счет на оплату дома в пригороде. Вайнер снял его совсем недавно – буквально две недели назад. И по документу выходило, что дом по-прежнему числится за ним.
– Угу, – повторила я и прислушалась.
В доме царила тишина. Если Фарлей и разговаривал с Рейчел, то беседа велась не на повышенных тонах.
А вдруг они целуются?
Я раздраженно заерзала в кресле. Почему-то мне было неприятно представлять Фарлея в объятиях молодящейся кокотки. Что скрывать очевидное, Рейчел пусть и старше меня, но намного более ухоженна. Маникюр, прическа, дорогое платье, изысканные духи.
По всей видимости, граф Грегор не нуждался в деньгах. Но что насчет его брата?
И я опять зарылась в счета, отложив заинтересовавший меня в сторону. Почти сразу пораженно охнула, увидев кругленькую сумму, которую Вайнер заплатил в магазине весьма странной направленности.
«Все для мужчин и их развлечений», – гласила бумага. А в самом счете был лишь один пункт с загадочным сокращением «1 шт. бр. и 1 шт. бл. на сутки».
И что это значит? Одна блондинка и одна брюнетка? Ну по логике выходит именно так, если учесть название магазина.
Так, мне срочно надо поделиться с Фарлеем своими выводами. Что он там затих? Или действительно применил все свое очарование, пытаясь соблазнить графиню Ириер?
– Негодяй! – внезапно раздалось негодующее извне. – Мерзавец! Я считала вас благородным человеком, а вы просто слизняк! Я буду жаловаться! Пусть весь свет Гроштера узнает, насколько вы низкий и подлый человек! Предлагать такое вдове! Да как у вас язык только повернулся сказать подобное!
Я изумленно вздернула брови, узнав голос графини. Получается, отчитывает она Фарлея. Но что он такое натворил?
Разбушевавшееся воображение мигом нарисовало мне весьма пикантную картину. Вот Фарлей, проникновенно глядя в глаза Рейчел, берет ее за руку. Затем тянется с поцелуем…
Но я тут же мотнула головой, отгоняя непрошенную картину. Да ну, бред какой-то! Фарлей никогда бы так не поступил.
Мучимая любопытством, я выскочила прочь из кабинета. Замерла, наблюдая за тем, что разворачивалось в холле.
Графиня Ириер пылала гневом. Ее бледные щеки раскраснелись, губы кривились в немом возмущении.
– Вы вольны делать все, что вам угодно, – негромко проговорил Фарлей.
Он стоял напротив графини, скрестив позади руки, и в отличие от нее выглядел совершенно невозмутимым.
– И сделаю! – с непонятным вызовом фыркнула Рейчел. – Я все расскажу…
– Вы в курсе, что я сегодня был в доме, который достался графу Грегору по наследству? – перебил ее Фарлей. – И обнаружил там кое-что. Точнее сказать, кое-кого.
Графиня округлила глаза в изумлении. Поднесла ко рту ладонь, сдерживая изумленный вскрик.
«А ведь она знает, – внезапно четко осознала я. – Она прекрасно знает, какие темные делишки творились в том проклятом доме. Правда, еще бы понять, кто именно занимался всем этим: ее муж или брат мужа?»
– Я не понимаю, о чем вы, – прошелестела графиня.
– Вы все прекрасно понимаете. – Фарлей жестко ухмыльнулся. – И я прошу вас, не усугубляйте ваше и без того бедственное положение. Явка с повинной облегчит ваше наказание. Вы прекрасно знаете, что следствие благосклонно относится к тем…
– Да как вы смеете? – возмутилась Рейчел, не дав ему договорить. – То есть, это еще я должна в чем-то признаваться?
Фарлей в упор посмотрел на графиню, и я почувствовала, как мое сердце ухнуло куда-то в пятки.
Ох, не хотела бы я быть в этот момент на месте вдовы! Иначе непременно начала бы выкладывать все свои тайны, как на духу.
