Йон закатил тележку и закрыл двери номера изнутри. Альба сидела за столом у окна, в одной руке она держала книгу, а в другой – сигарету. Сегодня она была не в брюках, а в длинной, до самого пола юбке. И, надо заметить, что брюки ей шли куда больше.
– Не знал, что ты куришь, – сказал Йон, переставляя завтрак с тележки на столик.
– Переняла привычку одного своего друга, – ответила Альба, отложив книгу в сторону и выразительно посмотрев на Йона, отчего тот сразу понял, о каком друге она говорила. – Не желаешь составить мне компанию? – предложила девушка, протянув ему пачку сигарет. Она чувствовала себя неловко, ведь мало того, что её друг пришёл её обслужить, так ещё и стоит так, словно ждёт от неё каких-то указаний. Разве имела она право приказывать ему после всего, что было между ними? Она и так вчера оскорбила их дружбу, когда, даже не глядя на него, заказала тот чертов липовый отвар. Больше она не хотела так поступать.
– Ну, раз сеньорита спрашивает, невежливо будет отказываться. – Йон вытащил сигарету и тут же затянулся, выпуская серый горький дым.
– Присаживайся. – Альба указала на стул рядом с собой.
– Это будет уместно? – замялся юноша.
– Господи, ну, конечно же, уместно! – воскликнула она.
Йон, словно оглушенный, опустился на стул рядом с Альбой и стряхнул пепел в пепельницу. Официант курит вместе с сеньоритой Гарсиа в её собственной комнате да ещё и в рабочее время! Увидь кто их сейчас, то Йону бы не поздоровилось. Его бы не просто выгнали из отеля, а ещё бы позаботились о том, чтобы он больше никогда не смог найти похожую работу. Видимо, сегодняшние его безумства будут похлеще вчерашних. Однако сидеть за столом рядом с Альбой было не только безумно, но еще и неловко и странно. Годы, проведенные вдали друг от друга, проложили между ними огромную пропасть, отчего общаться так, как раньше, уже не выходило.
– Ты чего такой грустный? Что-то не так? – спросила девушка, с беспокойством глядя на друга.
– Это обычное моё лицо, – ответил Йон.
– Обычно на твоём лице усмешка.
Йон пожал плечами и сделал очередную затяжку, выпустив изо рта облако дыма. А Альба с удивлением осознала, что её друг вовсе не такой беззаботный и насмешливый, каким ей запомнился. И у неё возникли мысли, что, возможно, за своей усмешкой он всегда что-то прятал. Но что? Девушка намеревалась это выяснить, даже не подозревая, что за этой усмешкой друг прятал свои чувства к ней.
– Как прошёл твой первый день дома? – поинтересовался Йон, желая перевести тему.
– Неплохо, если не считать, что вчера моя новая горничная оторвала дверь у шкафа.
– Серьезно?! – удивился Йон. – Кто она и как она это сделала?
– Виктория. Она помогала мне разбирать чемоданы, и, видимо, резко открыла шкаф, отчего дверца слетела с петель. Но Виктория сама её подняла и сама её починила, представляешь? Вот что значит, повезло с горничной. Она и прибирается, и мебель чинит. Правда, и ломает её тоже.
Эти слова отчего-то оскорбили Йона. Он принял их и на свой счёт, поэтому соскочил с места, кинув окурок в пепельницу, и воскликнул:
– А твой официант не только тебе завтрак приносит, но еще и может покурить вместе с тобой, какие же у тебя универсальные слуги!
– Что? Йон?! – Альба соскочила вслед за ним, но тот выставил перед собой ладонь, не желая, чтобы она приближалась.
– Мне надо идти, дон Мигель, наверное, опять меня проклинает.
Он схватил тележку и понесся с ней прочь, даже не задумываясь о том, что нужно пропускать выходящих из комнат клиентов. Около лестницы для обслуги он бросил тележку и схватил поднос с крышкой, но отправился вовсе не на кухню, а в сторону своей комнаты, напрочь забыв о доне Мигеле и о том, что дворецкий может сделать, если вновь увидит, что Йон отлынивает от работы.
– Йон, ты зачем сюда посуду приволок?! – возмутился Иван, когда друг влетел в комнату.
– Я думал, ты спишь.
– И поэтому решил с таким грохотом сюда зайти, чтобы я проснулся и больше никогда не смог уснуть?! Или ты мне там завтрак принес?
– Мне не до твоих шуток, – кинул Йон, опустившись на кровать.
– Что ты опять натворил? – спросил Иван, сев рядом с ним.
– Я нагрубил Альбе.
– Зачем? Почему ты не можешь просто жить спокойно? Как я, например.
– Не знаю я, не знаю! Она рассказала о том, как Виктория сломала у нее шкаф…
– Сломала шкаф? – переспросил Иван, нахмурив брови.
– Да, оторвала дверцу.
– Ничего себе Викки дает!
– Черт, Иван, можешь не перебивать?
– Молчу-молчу. Продолжай.
– Виктория оторвала дверцу шкафа, а потом её починила. И Альба сказала, что вот как ей повезло с обслугой, что та не только прибирается, но еще и чинит мебель. И я из-за этого вспылил. Не знаю, она сказала это как истинная Гарсиа, словно расставив всех по своим местам.
– Но, Йон, она и есть Гарсиа. Не понимаю, из-за чего тут можно разозлиться. Ты работаешь в этом отеле так же, как и многие другие. Это наша работа, за которую платят. Я не считаю, что она какая-то унизительная или еще что.