Баламут 2 полностью

— …но я лез в самую гущу даже тогда, когда она была в откате, верно? — усмехнулся я.

— Да… — еле слышно выдохнула она и шарахнула через щуп настолько сильной душевной болью, что у меня пересохло во рту. Впрочем, это не помешало подобрать нужные слова:

— Солнце, каждый из нас делал то, чего требовала ситуация. Не покажи я вам «природников» в первые же мгновения боя, они успели бы засечь наш «балласт» и выбить его из-под «Хамелеонов». Не убей «лекарей» — они взяли бы на подпитку всех остальных особей, и бой пошел бы совсем по другому сценарию. Не лупи ты испепелениями…

— Разумом понимаю… — вздохнула она и вытаращила глаза, чтобы хоть как-то удержать наворачивающиеся слезы. — Но на душе такая муть, что хоть вешайся!

— Вешайся — моя шея в твоем распоряжении! — пошутил я, понял, что шутка не в тему, и попробовал альтернативный способ лечения — поцеловал Долгорукую в губы. Как следует, то есть, без дураков. А когда в ее сознании появились первые искорки пробуждающегося желания, унял расшалившиеся руки, прервал процесс и поймал затуманившийся взгляд: — Радость моя, мы выжили только благодаря твоим испепелениям, твоему вампиризму и твоей внимательности…

— …поэтому прислушайся, наконец, к тому, что сейчас чувствует наш мужчина, выброси из головы всю дурь, мешающую нормально соображать, и сосредоточься на самом главном!!! — потребовала Язва, обнаружившаяся за ее спиной. — Мы ВЫЖИЛИ. Выжили, понимаешь?!

…Я позволил себе выключиться только после того, как заснула Даша, и сразу же провалился в сон без сновидений. А «уже через миг» был вынужден открыть глаза и ответить на звонок абонента из категории особо важных. Показать государю себя, лежащего в кровати между его матушкой и Ларой, естественно, не мог, включать аватарку было бы невежливо, так что я начал разговор с извинений:

— Владислав Мстиславович, доброго времени суток. Прошу прощения за отсутствие картинки, но ночка выдалась нервной, мы с Язвой заснули чуть ли не раньше, чем добрались до крова-…

Самодержец перебил меня на втором предложении:

— Здравствуйте, Ратибор Игоревич. По логике, извиняться должен я. За звонок в такую рань. Но возникла настоятельная необходимость поговорить до вашего ухода в Зону, поэтому я воспользовался тем, что ваш комм пока еще в Сети.

— Сейчас выскользну из спальни и буду в вашем распоряжении! — пообещал я, скатился с кровати, и, пойдя на поводу у паранойи, отпальцевал проснувшимся женщинам Ценное Указание: — «Звонит государь. Хочет что-то обсудить. Если хотите послушать, то снимайте коммы и оставляйте их там, где лежите. На всякий случай…»

Дверь в гостиную, естественно, захлопывать не стал — на ходу достал из перстня спортивный верх, натянул, упал на диван, откинулся на спинку и принялся выполнять безмолвные требования ворвавшихся следом дам. В смысле, влез в настройки программы дозвона, задал минимально возможный угол обзора видеокамеры и положил левую руку на подушку, пристроенную Язвой мне на живот. Потом достал из уха гарнитуру, положил рядом с левым запястьем, добавил аудиосигналу громкость, дал дамам время оккупировать мои бедра и отправил Императору изображение своего лица.

Голограмму, демонстрирующую Владислава Мстиславовича, вывесил, эдак, в метре, чтобы его видели и Шахова с Долгорукой. А потом вслушался в монолог самодержца. Судя по голосу, пребывающего не в настроении:

— Ратибор Игоревич, для начала хочу поблагодарить вас за информацию о новой тактике корхов: да, она опоздала на сутки с небольшим, из-за чего мы потеряли четыре учебно-тренировочные рейдовые группы, зато только этой ночью сберегли двенадцать!

— Мы сделали то, что должно, государь… — буркнул я и, как ни странно, был услышан:

— Да, именно так: вы, засечники, сделали то, что должно. Ибо думаете не только о себе! Федор Всеволодович, рискуя жизнью, вернулся к Полосе в одиночку, чтобы передать руководству «Шестерки» новые маскировочные накидки тварей, а на обратном пути вмешался в бой, уже проигранный УТРГ «Семерки», отбил у корхов четверку рейдеров и довел до места встречи с вами. Вы и ваши напарницы уничтожили отряд из сорока с лишним особей, подлечили раненых и сочли необходимым сообщить командованию вооруженных сил Империи о новой тактике тварей, хотя знали, насколько это рискованно, понимали, что Яков Леонидович и двое рейдеров-новичков не помощники, а обуза, и уже преодолели половину расстояния до Базы!

Ничего нового Долгорукий не сказал, вопросов не задавал, поэтому я пожал плечами. Что заставило его криво усмехнуться:

— Ну да, вам все вышеперечисленное кажется нормальным! Равно, как и самоубийственный бой впятером против двух отрядов корхов. А у меня до сих пор дрожат руки, хотя рейдеры «Семерки» боялись ляпнуть что-нибудь не то и описали его достаточно крупными мазками.