Люди вокруг заухмылялись, но служителям сплетен было не до этого:
— Как вы познакомились?
Им что, спросить больше не о чем? Перед ними в кои- то веке представитель самой секретной службы империи… Меня вдруг поразила догадка: наверняка запрещено.
— Рафаэль стрельнула у меня пачку сигарет в лифте гостиницы, в которой мы одновременно остановились, — усмехнулся Райан и утянул меня прочь, выпуская из захвата. — Умница, — довольно похвалил уже наедине. — Все хотел спросить, зачем тебе сигареты, если ты не куришь… Не беги.
Я и вправду непроизвольно пыталась ускорить шаг, чтобы скрыться от тысяч взглядов в спину и громкого голоса ведущего, который продолжал провожать нас всяческими напоминаниями: «самые неожиданные и долгожданные гости», «мы продолжим прямую трансляцию с ними из зала» и прочее.
— Надо было отмазаться от одного назойливого мужика в лифте, но не вышло, — фыркнула я, закатывая глаза.
— Правильно, привыкай, — ничуть не обиделся Райан, довольно улыбаясь. — Теперь ты от «этого мужика» не отмажешься ни под каким предлогом…
— В смысле? — возмутилась я. — На вечер я с тобой вышла…
— Тебе еще на меня работать, — самодовольно напомнил мой спутник, и в следующий момент мы шагнули в световую завесу входа, чем-то напоминающую водопад. Искорки-капельки осыпались нам на головы и скатывались россыпью бриллиантов по волосам и одежде.
— Я как-раз хотела сказать, что собираюсь сменить профиль, — попыталась мягко отобрать у него руку, но он сделал вид, что не замечает этого.
— И на какой-же? — быстро сориентировавшись, Райан выбрал направление и повел меня к огромной лестнице из прозрачного темно-синего стекла.
— Меня пригласили в один очень интересный проект, и я собираюсь согласиться, — я с интересом оглядывалась по сторонам.
Никогда не была здесь, и глаз уже отмечал удачно освещенные зоны, которые могли бы послужить очень интересным фоном для фото. Интересно, договоримся ли с администрацией Атлантик-Холл?
— И что за проект? — не глядя на меня, продолжал допрашивать Райан, заметно напрягаясь.
Мы ступили на лестницу, ведущую на оживленную площадку. С высоты лилась музыка, струился мягкий свет и слышался звук множества голосов. Прием был в стадии разогрева перед награждением.
— Не могу сказать… — Райан, наконец, удостоил меня короткого скептического взгляда, — плохая примета…
— Забыла про мои условия? — угрожающе сощурился он.
— Ты говорил, что будешь моим начальником вместо Кроу, но не запрещал мне уйти вовсе… — заметила я хладнокровно.
— Не проблема, — пожал он равнодушно плечами, — я запрещаю тебе уходить, Рафаэль.
Не успела я возмутиться, как оказалась в утомительной круговерти светских приветствий. Райан сдержанно со всеми здоровался, не забывая «хвастать» мной, снова собственнически прижав к себе за талию. И я послушно следовала за ним, теряясь в эмоциях, хлеставших вокруг, словно на сеансе группового экзорцизма. Люди разглядывали меня, как диковинного зверька под мышкой не менее загадочного заводчика, искренне улыбаясь и удивляясь нашему дуэту. Райан давал всем понять, что я не просто его спутница на этом вечере, а что я — его. И прежде всего — мне самой. Мужчина не позволял бороться с ним и вообще диссонировать, каким-то удивительным образом поглощая мои раздраженные резкие движения. Как бы я ни пыталась выскользнуть, ладонь все равно оказывалась в его руке, а я сама — тесно прижатой к нему. И он еще успевал со всеми здороваться и поддерживать светскую беседу, не забывая представлять и меня.
— Не надоело? — горячо выдохнул мне в самое ухо, когда мы, наконец, дошли до стола с напитками и закусками и остались в одиночестве.
Мои щеки уже пылали огнем:
— Мне показалось, или ты доволен? — перевела на него горящий взгляд, но следующее смогла лишь прошептать, так резко мне отказал голос: — Значит, камеру я заслужила?
Он не спускал взгляда с моих губ.
— Торопишься, Рафаэль… — казалось, Райан был на грани позволить себе большее, дав мне повод залепить ему пощечину или рвануться посильнее. Но продолжал, улыбаясь, прогуливаться вдоль границы дозволенного, довольно скалясь и облизываясь. — Вечер только начался.
Не хватало мне опыта общения с подобными мужчинами, ох как не хватало! Слишком замкнутую жизнь приходилось вести. Одно дело — давать витиеватые отказы всяческим приглашениям по почте или через агента, а другое — вот так, глаза в глаза, противостоять Райану и его играм на виду у всех. Но самое удивительное, что он не играл… Только не подозревал об этом. Другое дело, что я уже и так наворотила бед, и толкнуть его в эмоции, по лезвию которых он вышагивал, было нельзя. Что-то цепляло его во мне, и мне это не нравилось… Я чувствовала, что стоит оказать чуть больше сопротивления, чем он готов позволить, и он перестанет гнуться вовсе.
